– Дай-ка мне сюда чашку, я тебе помогу. Вот!

Томми поднес чашку к моим губам, и я начала медленно пить, чувствуя, как с каждым глотком яснеет моя голова.

– Как ты сюда попал? – спросила я у него.

– Мариам пришла проверить, как ты тут, потому что ей позвонила твоя сестра, она была в панике. А я как раз был на улице, вот Мариам и сказала мне, что твоя сестра боится, что у тебя передозировка. Мариам сразу же хотела звонить 911, но я посоветовал вначале подняться к тебе, а там я сам посмотрю, что и как. У меня ведь еще с армейской службы остались кое-какие навыки по части медицины. К тому же я понимал, что ты вряд ли захочешь отправиться в больницу. Я прав?

– Прав. Спасибо тебе, Томми. Мне так стыдно. Все это было просто омерзительно.

– Не говори ерунды! Вообще-то я военный ветврач и на своем веку насмотрелся на всякое. Столько парней после перехода на гражданку начинали пить, злоупотреблять наркотиками. Я и сам не без греха, тоже баловался какое-то время и тем и другим.

– Еще раз большое тебе спасибо. – Я почувствовала, как заурчал мой желудок, словно желая навсегда избавиться от всей той дряни, которую я в него впихнула. Можно себе представить, что сейчас обо мне думает Томми. – Сегодня вечером я совсем не похожа на богиню, да?

– И что? Ты же такая, как и все мы, из плоти и крови. Живой человек, словом.

Я глянула на себя, на свои джинсы, все в блевотине, и внезапно почувствовала сильнейшее омерзение к себе самой. Как же низко я пала!

– Пойду приму душ, если ты не возражаешь.

– Конечно, не возражаю. Сама дойдешь до ванной комнаты? Или помочь?

– Спасибо, не надо. Как-нибудь сама. – Я поднялась со стула, меня все еще водило из стороны в сторону, но тем не менее я сама, без помощи Томми, добрела до гостиной.

– Вроде почти порядок, – объявила Мариам, выходя из спальни. – Но, пожалуй, вам лучше сегодня лечь спать в другой комнате. Там сильно воняет рвотой.

– Хорошо, спасибо.

Стоя под душем, я остервенело терла тело до тех пор, пока кожа не стала красной, будто стараясь избавиться от той заразы, которой я напичкала себя и которая, вполне возможно, просочилась и в кожу. Вышла из душевой кабинки и, закутавшись в полотенце, плюхнулась на табуретку возле туалетного столика. Будь моя воля, я так и осталась бы сидеть в ванной комнате, настолько мне было тяжело возвращаться обратно, лицезреть весь тот бардак, который я устроила в квартире, смотреть в глаза людям, которые пришли мне на помощь и увидели все мои безобразия.

– Ну ты, кляча, облажалась по полной, – прошептала я, обращаясь к самой себе, и принялась возбужденно растирать руками бедра. – Они правы, тебе действительно нужна помощь. Тебе! Нужна! Помощь!

И как только я громко произнесла вслух эти три слова, что-то во мне вдруг щелкнуло, и мне неожиданно стало легко. Я почувствовала себя лучше, чем за все последние недели.

– Нет, Электра! Лучше, чем за весь минувший год… – сказала я вслух.

И все благодаря Томми, мелькнуло у меня. Как это он там сказал?

«Ты же такая, как и все мы, из плоти и крови. Живой человек…»

И он абсолютно прав. Я еще пока живой человек.

В дверь ванной комнаты постучали.

– С вами все в порядке? – услышала я голос Мариам за дверью.

– Да, все в порядке.

– Майя на проводе. Хотите поговорить с ней?

– Да.

Я поднялась с табуретки, подошла к двери и открыла ее. Мариам протянула мне свой мобильник. Я взяла его и пошла к себе в спальню.

– Спасибо, Мариам. Майя?

– Ах, Электра! – услышала в трубке нежный голосок сестры.