– Как приятно слышать это.

– Знаешь, несколько недель тому назад я побывала в Атлантисе, но я не почувствовала себя там дома. – Я энергично тряхнула головой. – Атлантис перестал казаться мне родным домом.

– Понимаю тебя, Электра. Это потому что там больше нет папы.

– И не только папы. Вы ведь все тоже разлетелись кто куда. Довольно грустно было коротать время в обществе только Ма и Клавдии.

– Но Алли говорила, что вы с ней встретились и ты даже познакомилась с ее сынишкой Бэром.

– Да, чудесный малыш. Просто супер! Повезло ей! У нее сейчас есть кого любить и кто будет любить ее. А я… А у меня никого нет. Мне некого любить…

И я снова разрыдалась, уткнувшись сестре в грудь и орошая потоками слез ее белоснежную блузку, такую же чистую и свежую, как и она сама.

– Прости… что-то я совсем расклеилась… Это все, наверное, из-за порошка, которого я нанюхалась.

Слова сорвались с моих уст сами собой, и я поняла, что впервые озвучила причину всех своих бед постороннему человеку.

– Я знаю.

– А еще, – я громко шмыгнула носом, – хочу повиниться за то, как я скверно обошлась с тобой, когда приехала в Атлантис сразу же после смерти папы.

– Да? А я что-то ничего не помню такого.

– Да, я, как всегда, была несносна. Помнишь, как я бросила тебе прямо в лицо, что все равно, как ты выглядишь, коль скоро, сидя в этой дыре, ты месяцами не видишь ни одной живой души. Честно, я не хотела тогда обидеть тебя, Майя. Ты же такая славная, добрая… Само совершенство! В тебе есть все то, чего и близко нет в моем характере.

В дверь позвонили, и Майя, поднявшись с кровати, пошла забрать у официанта кофе.

– Вот твой кофе, – промолвила она через минуту, протягивая мне чашку. Я села на постели, голова раскалывалась, там внутри что-то грохотало и гремело. Чувствуя позывы к тошноте, я снова откинулась на подушки.

– Через пару минут, ладно?

– Конечно! Дорогая моя Электра.

– Слушаю тебя.

– А тебе не кажется разумным на какое-то время завязать со всеми этими твоими привычками и даже обратиться за помощью к кому-нибудь?

– Да помощников у меня хоть отбавляй! – подавила я тяжелый вздох. – Только за последние несколько месяцев я сменила целых пять психотерапевтов.

– Да, не очень весело. Но я имею в виду несколько другое: может, тебе нужна более… грамотная помощь, что ли?

– Как это?

– Я знаю одно очень хорошее место в Аризоне. Там в свое время проходил курс лечения друг Флориано, после чего словно родился заново. Я…

Несмотря на головокружение, я снова уселась на постели и сверкнула на сестру глазами.

– То есть ты на полном серьезе хочешь упечь меня в какую-то клинику для наркоманов, да? На реабилитацию, так сказать.

– Может быть, и так. По словам Мариам, – Майя подавила вздох, замолчав на какое-то время, видно, подбирая нужные слова, – тебя колошматит все последнее время.

– Ничего меня не колошматит! А то, что настроение скверное, так оно и понятно. Любовь всей моей жизни ничтоже сумняшеся объявляет мне, что он собирается жениться на другой женщине. Естественно, все средства массовой информации словно с цепи сорвались, набросившись на эту новость. Так что, по-твоему, я должна была делать? Прыгать от радости?

– Ты его любила по-настоящему, да?

– Да, любила. Но я постараюсь как-то пережить это. Просто выдалось несколько плохих недель подряд, только и всего. А с чего это Мариам вдруг пустилась рассказывать тебе про меня всякий вздор?

– Ничего такого она не рассказывала, Электра.