К тому же Кэрри Эн была сыта по горло сидением у бассейна, книгой про анальный секс в Южной Каролине, кретинскими вопросами Речел («должна ли тетка жениха сидеть за одним столом со своим бывшим мужем?») и нудными жалобами Яслин на ее увядающую красоту (по сравнению с шведскими близнецами). Кэрри Эн не собиралась целый час падать с виндсерфинга или выгибать спину, пытаясь пустить стрелу прямо в цель. Перспектива провести самую жаркую часть дня, тренируя мозги, внезапно показалась весьма заманчивой. И где-то в глубине души она мечтала о том, как в зимний вечер в Лондоне у пылающего камина разыграет партию в шахматы с еще пока незнакомым, но очень умным и мускулистым аполлоном.

– Вы снова здесь. – Аксель удивился. Кэрри Эн застала его врасплох: он листал книгу, задрав ноги на стол.

– Извините, – произнесла она. – Помешала вам читать.

Аксель пожал плечами.

– Ничего. Я слишком много раз читал эту книгу. И я должен преподавать шахматы.

Кэрри Эн взглянула на обложку.

– «Fleurs du Mal», – проговорила она с сильным акцентом. – «Цветы зла»? Правильно я говорю? Что это за книга?

– Стихи. Любовная лирика, – ответил Аксель. – Шарль Бодлер.

– Любите поэзию? – спросила Кэрри Эн.

– Раньше любил. – Аксель отчего-то помрачнел. – Я подыскивал цитату для письма домой, во Францию. Письма… другу. – Он запнулся, произнеся это слово.

Кэрри Эн взяла книгу. Аксель смутился и немедленно отнял ее: под обложкой был черновик восемнадцатого письма к Натали.

– Вы изучали литературу? – спросила Кэрри Эн.

– Нет. Учился в медицинском.

– Правда?

– Вы удивлены. Считаете, студенты-медики не могут любить поэзию?

– Да нет. Просто… Не ожидала увидеть аниматора, который раньше учился в медицинском. Который вообще посещал колледж. Я думала, аниматорам это необязательно. Почему не работаете врачом?

– Я еще не закончил, – ответил Аксель.

– Понятно. В академическом отпуске?

Аксель отрывисто кивнул. Академический отпуск. Вот смеху-то. Интересно, найдется ли во всей Франции хоть один университет, где согласятся принять его после того, как он ворвался в кабинет декана и принялся угрожать ему ножом для бумаги? Это произошло, когда тот приказал ему покинуть университет.

– Может, вы вовсе не созданы для того, чтобы быть врачом? – сказал тогда декан. – Вы должны быть жестче, мистер Раданн. В отделении «скорой помощи» нет места романтическим поэтам.

– Итак, – Аксель решил закрыть тему и перейти к шахматам. – Вы помните, о чем я вчера вам говорил.

– Думаю, да. Конь ходит вот так, – Кэрри Эн сделала ход одним из своих всадников из слоновой кости и перепрыгнула через пешку.

– Да. Тогда давайте начнем. Первый ход ваш.

– Это и был мой ход, – ответила Кэрри Эн, оставив коня на клетке. – Извините, что я сразу во все не вникаю. Я не очень смышленая.

– Главное – не торопитесь. – Аксель двинул пешку.

Кэрри Эн взяла свою пешку и направила ее на две клетки вперед, но потом засомневалась. – Нет, погодите. Я не так хотела пойти.

– Не торопитесь.

– Не гожусь я для умных игр. – Поставив фигуру на место, она сделала такой же ход другой пешкой. Аксель кивнул.