Я начала искать фотографии Маргариты. Их оказалось не так много. Я выбрала несколько, на которых она была запечатлена одна и вместе с Елизаветой и Александром Вячеславовичем. Скорее всего, «семейная» фотография была сделана ранее, учитывая, что измена Елизаветы тогда еще не раскрылась и они фотографировались все вместе. Маргарита была очень похожа на свою мать: те же мелкие черты лица, светлые волосы и глаза и худощавое телосложение.

Я выключила компьютер и спустилась вниз. Видимо, услышав мои шаги, из кухни вышла Варвара Николаевна.

— Ну что, Татьяна Александровна? Вы нашли то, что вам было нужно? — спросила домработница.

— Да, Варвара Николаевна, — ответила я.

— А я хочу вас угостить вишневым пирогом, — сказала женщина.

— Не откажусь, Варвара Николаевна, — сказала я, почувствовав, что уже проголодалась.

— Проходите в гостиную, Татьяна Александровна. Я сейчас все принесу, — сказала женщина и поспешила на кухню.

Пирог с вишней и в самом деле был очень вкусный: пышный и в то же время воздушный.

— Я сварила кофе, но у меня есть и только что заваренный зеленый чай. Вы что предпочитаете: кофе или чай? — просила женщина.

— Больше всего я люблю кофе. Это мой самый любимый напиток, — призналась я.

— Ой, я тоже обожаю кофе! Но мне его врачи не рекомендуют из-за высокого давления. Однако я все равно нарушаю их предписания и понемногу арабику пью, — сказала домработница.

— Немного — можно, Варвара Николаевна, — сказала я.

— Татьяна Александровна, скажите, а где сейчас Рита? — вдруг спросила Варвара Николаевна. — Я знаю, что она полетела с матерью в Африку, но почему-то не сообщила Александру Вячеславовичу о том, что долетела и уже на месте. А Александр Николаевич места себе не находит, так переживает, даром что Рита ему не родная. Ой! Вы ведь ничего не знаете, а я…

Домработница запоздало спохватилась.

— Варвара Николаевна, успокойтесь и не переживайте так. Я все знаю, Александр Вячеславович мне все рассказал, — сообщила я.

— Ой, ну слава богу, значит, я его не выдала, — успокоилась женщина. — Знаете, я всегда думала, что их брак — это какая-то странная комедия. Они ведь постоянно ссорились, как будто это было их любимое занятие. Каждый день я слышала их крики, их упреки. Елизавета была такой властной. Такой сумасбродной! Как будто мир вращался только вокруг нее, а Александр Вячеславович — всего лишь декорация в ее спектакле.

Варвара Николаевна прервалась, но потом снова продолжила:

— Ведь Александр Вячеславович пытался всячески ей угодить, делал все, что в его силах, но Елизавета всегда находила повод для недовольства: «Почему ты не сделал это?», «Почему ты не купил то?». Ее голос всегда звучал так, как будто бы она была генералом, а Александр Вячеславович — ее солдатом. Я видела, как Александр Вячеславович сжимал кулаки, как его глаза наполнялись обидой, но он никогда не повышал голос. Он слишком добрый, слишком терпеливый. А Елизавета просто беззастенчиво пользовалась его добротой. Вы знаете, Татьяна Александровна, я давно поняла, что они не могут быть счастливы вместе.