Мужчина был одет в классический серый костюм, светло-голубую рубашку с синим галстуком. На левом запястье из-под манжеты рубашки, скрепленной запонками, виднелись дорогие часы.

— Проходите, Татьяна Александровна, — сказал Подхомутников.

Я села в кресло, которое стояло справа от стола.

— Татьяна Александровна, что вы предпочитаете: чай или кофе? — спросил руководитель «Лидера».

— Вообще-то, если есть выбор, то я предпочла бы кофе, — ответила я.

Подхомутников кивнул:

— Сейчас я распоряжусь.

Мужчина нажал кнопку на своем столе, и почти сразу же в кабинете появилась секретарша.

— Вероника, приготовьте нам кофе, — сказал он и обратился ко мне: — Татьяна Александровна, вы какой предпочитаете: черный, с сахаром?

— Черный и без сахара, — ответила я.

— Поняла, сейчас сделаю, — кивнула Вероника и скрылась за дверью кабинета.

Я думала, что в ожидании кофе Подхомутников начнет рассказывать о своем деле, ради которого пригласил меня в свой офис. Однако мужчина почему-то молчал. Вскоре дверь кабинета открылась. Секретарша катила перед собой сервировочный столик с кофейными принадлежностями: две чашки, сам кофейник, сливки и коробка дорогих шоколадных конфет.

— Прошу вас, — улыбнулась Вероника.

— Спасибо, — сказала я и, взяв чашечку, сделала глоток. — О, очень вкусно, — похвалила я.

Кофе действительно был отменным, сразу чувствовалось, что это был один из дорогих сортов. Подхомутников тоже сделал несколько глотков.

— Я слушаю вас, Александр Вячеславович, — сказала я и поставила свою чашку на сервировочный столик.

— Да, конечно. Когда я звонил вам, я сразу же сказал, что мне необходима ваша помощь, Татьяна Александровна, — начал мужчина.

— Что у вас произошло? — спросила я.

— У меня пропала дочь, — сказал Подхомутников.

— Когда это произошло и где именно она пропала? И сколько лет вашей дочери? — я сразу же перешла к делу.

— Моей дочери Маргарите двадцать лет, — руководитель «Лидера» сначала ответил на второй вопрос.

— Как это произошло? — спросила я, узнав, что речь идет не о маленьком ребенке, а о взрослой девушке.

Однако тут могли быть свои нюансы: Маргариту могли похитить, или же она сама могла задержаться в какой-нибудь компании сверстников, или же, предположительно, в ночном клубе.

— Видите ли, Татьяна Александровна, когда я сказал, что пропала моя дочь, я имел в виду, что от нее уже больше суток нет никаких сообщений. Поэтому я забеспокоился. Когда она вместе с матерью отправлялась на отдых в Тунис, то она пообещала, что, когда прилетит, обязательно мне по-звонит.

Услышав про Тунис, из которого я только недавно вернулась сама, я подумала, что вот бывают же такие совпадения.

— Да, Рита сказала, что непременно отправит мне сообщение, и я со вчерашнего вечера почти каждый час проверяю свои гаджеты, но увы…

Подхомутников развел руками.

«Ну так что же он хочет? Чтобы молодая девушка, приехав на отдых в эту африканскую страну, сразу же бросилась докладывать о своем прибытии папочке? — подумала я. — Она, скорее всего, загорает на пляже или отправилась на экскурсию или в спа-салон. Да там вообще-то есть чем заняться, по себе знаю».

— А сами вы ей звонить не пробовали? Или жене?

— Бывшей жене, — поправил меня Подхомутников.