— До, — припечатала Дин.

— Ничего не обещаю. Пока-пока, — инквизитор спешно клацнул по красной трубочке.

Звонок прервался.

Не хватало ещё угробить Володкевича до вылета в Пустошь. С парнями отец переговорит. В конце концов, гнев Великого Чертёжника — сомнительное удовольствие.

А труп Ростислава мойру разозлит наверняка.

Глава 14

По дороге назад я размышлял над делами Рода.

Количество задач, несовместимых друг с другом, увеличивается в геометрической прогрессии. Начну с того, что семинария отнимает всё моё свободное время. Даже первый день выдался плотным и насыщенным событиями. Я с трудом успел добраться до рудника, встретиться с Бьёрг и обсудить текущие вопросы. Наёмники ухитрились отремонтировать ворота, но у меня в руках оказался длинный список того, что следовало приобрести в обозримом будущем. Дефицит топлива, запчасти к поломанному оборудованию, доставки провизии и медикаментов… Все цепочки прерваны, их нужно восстанавливать. Казалось бы, это задача моего бизнес-партнёра, но как быть с боеприпасами?

С точки зрения инквизиции я вообще не имею права пользоваться огнестрельным оружием. Рудник стоит в Пустоши и формально я ничего не нарушаю, но… Вспоминаем про лицензирование всего на свете. У меня добыча нелегальная, и я не знаю, как это воспримут в консистории, если правда однажды вскроется. И тут невольно вспоминается телефонный номер, полученный в дар от отца. Контакт Перевозчика. Человека, который по словам Бьёрг может достать «абсолютно ВСЁ».

Второй вопрос на повестке дня — что делать с моими врагами в Москве.

Что делать, в общем и целом, понятно. Убивать. Но как мне выполнить эту задачу, если все ближайшие дни я буду загружен Брониславом, а потом отправлюсь за Врата по заданию Великого Чертёжника? Моё отсутствие может затянуться, и тогда дела рудника окончательно полетят под откос.

Нужен человек, разруливающий вопросы в моё отсутствие.

Бенедиктов не подходит по разным причинам. Во-первых, я не уверен, что ему можно полностью доверять. Во-вторых, стряпчий и без того загружен — пытается наладить связь с Ганзой и обойти неадекватное завещание бати.

С трудом отыскав место для парковки, я втиснулся между белым микроавтобусом и подержанным пикапом. Выгрузил из багажника свой баул, а на корпус автомобиля наложил охранную печать. В сгустившихся сумерках Туров начинал расцвечиваться вечерними огнями.

— Идём, котяра, — бросил я Вжуху, принявшему свой привычный облик. — Нас ждут великие дела.

И они нас действительно ждали.

Не успел я подняться к себе на этаж, швырнуть на койку баул, перекинуться парой слов с Вейцером и приступить к обустройству быта, как в дверь постучали.

— Привет, — на пороге стояла незнакомая девчонка в белой сутане. Явно из дознатчиков. Симпатичная, рыженькая. — Я принесла телефонограмму.

— Мне?

— А кому ещё, — улыбнулась рыжуля. — Держи.

Я бы ещё что-то спросил, но мне в руки сунули клочок бумаги, бросили на ходу «пока-пока» и умчались по своим делам. Пожав плечами, я развернул листок. Бланк с эмблемой инквизиции, время приёма в углу и сам текст, накарябанный от руки.

Нужно встретиться. Жду в «Чайковском», 20.30. Постарайся не опаздывать.

В. Фурсова

Первой реакцией было посмотреть на часы.

У меня оставалось двадцать минут, а я понятия не имею, где находится упомянутое заведение.

Закрываю дверь, окликаю Вейцера:

— Мирон!

Мой великовозрастный сосед отвлёкся от чтения Кодекса.

— Что случилось?

— У нас что, девушки теперь разносят телефонограммы по комнатам?

Вейцер пожимает плечами:

— Я слышал, тут есть внутренняя система дежурств.