Сам того не ведая, Николай наступил на больное место князя. Сын Курбского — Афанасий несмотря на то, что был дельным офицером, весьма злоупотреблял не только азартной игрой, и девицами, но уже и пристрастился к кокаину, из-за чего, уже успел попасть в несколько неприятных историй.

— И всё вышесказанное только делает вам честь, боярич. — Курбский ни на мгновение, не изменившись в лице, всё так же с отеческой улыбкой продолжал смотреть на гостя. — Успешный во всём продолжатель рода, есть настоящая услада для глаз родителей. Я кстати знавал вашего батюшку, и сейчас вижу в вас достойные черты полковника Белоусова.

Николай не торопил Курбского. Пока тот вёл светскую беседу, внимательно присматривался к князю, составляя собственное впечатление, и пытаясь понять что-же понадобилось весьма влиятельному и богатому деятелю империи, от в общем-то обычного боярича, которых на просторах Российской империи было много тысяч.

Да и не принято торопить хозяина дома. Тому наверняка требовалось собственное понимание ситуации, для принятия решения.

— Вы кстати знаете, что в обществе о вас, рассказывают настоящие легенды?

— Что рассказывают? — Николай чуть поднял брови.

— Да, милостивый государь, да. — Курбский негромко рассмеялся. — А ваши подвиги в Тавридской губернии… — О, нет. — Князь взмахнул рукой. — Не о тех что в Ялте. О тех к счастью почти никто не знает. Я о той банде, что вы взяли в банке. За таковое деяние полагается обычно вручение золотого оружия, но поскольку у вас уже есть Георгий четвёртой степени, то нужно стало быть давать третьей, а это по мнению геральдической Коллегии многовато. В общем они с князем Голицыным сейчас бодаются на эту тему, и знаете какой аргумент князь пока не смог оспорить?

Николай лицом изобразил внимание.

— В Коллегии говорят, что ежели вас с такой скоростью награждать, то уже скоро, придётся придумывать новые ордена, или паче чаяния вручать Первозванного, а в Галерее Славы, уже почти нет свободных мест. — Князь громко и со вкусом расхохотался. — Но всё одно, награждать придётся. Так что можете не переживать.

— Да я как-то уже и забыл про тот случай. — Николай отпил из бокала налитый ему напиток. — Что-же мне прикажете смотреть как какие-то варнаки грабят империю?

— Нет, всё правильно. — Курбский кивнул. — Вы всё сделали как нужно, а над остальным пусть плачут чинуши из Геральдики. Им в конце концов именно за это деньги платят.

Наконец, после второй рюмки коньяка, князь изволил перейти к делу, за которым и позвал боярича.

— Видите-ли Николай Александрович. Дела мои настолько обширны и отнимают так много времени, что я просто вынужден заниматься ими и дома, в связи с чем, завёл себе вот такой вот ящик. — Князь встал из-за стола и подошёл к другому столу — тяжёлому мощному и невысокому, всего полметра от пола, изделию больше похожему на верстак, где стоял стальной сейф высотой в метр. — Здесь хранятся все документы особой важности и те, над которыми я работаю дома. Но вчера из сейфа пропали две папки и небольшая коробка чёрного цвета, похожая на хьюмидор. Пройти к сейфу никак невозможно. Он находится в моём рабочем кабинете, а ключ у меня с собой. Но тем не менее документы пропали. А учитывая их важность — это ещё не катастрофа, но уж точно нечто близкое.