Николай, не отвечая внимательно осмотрел сейф и заглянул в замочную скважину.

— Прикажите принести чемоданчик, из багажника моего автомотора. Я так ничего не вижу.

Когда Николай раскрыл саквояж, и на свет появились различные криминалистические приспособления, Курбский удивлённо округлил глаза.

— А чего? — Николай взял большую линзу в тяжёлой бронзовой оправе, и приблизился к замочной скважине. — Хлеба не просит. А вещь бывает полезной. Ну вот как сейчас, например.

Николай оторвался от линзы. — Князь, не соблаговолите открыть сейф?

Когда тяжёлая, больше пяти сантиметров толщиной дверца мягко отворилась, Николай, взяв в руки отвёртку быстро снял стенку замка, внимательно осмотрел механизм, подсвечивая себе мощным фонарём, и наконец вернув пластину на место, удовлетворённо кивнул.

— Я закончил ваше сиятельство.

— И каковы будут ваши суждения?

— Всё просто. — Николай начал складывать инструменты в саквояж. — Кто-то проникший в ваш кабинет, запустил в замок пасту которую употребляют зубные врачи, для снятия слепка с зуба, и точно так же был снят слепок внутреннего расположения деталей замка. После чего по слепку был изготовлен ключ и уже этим ключом вскрыт замок. К сему следует заметить, что сама процедура снятия слепка требует от двадцати минут то получаса, затем нужно было отнести слепок мастеру по ключам, и не простому, а весьма опытному, так как ключ очень сложной формы. Фирма Мёллер, вообще делает очень хорошие замки, так что даже ключ, изготовленный по слепку, оставил довольно глубокие царапины. Стало быть, сделал это человек, не просто имевший доступ к сейфу, но который имел возможность возиться с ним долго. Кроме того, после открытия, ему нужно было покопаться в бумагах, чтобы взять то, что нужно, так как всё важное и ценное лежит в одной пачке, а отделения для ценностей вообще нет, и коробки просто лежат в углу. Стало быть, нужно просмотреть это всё, и сделать выбор. Ну и последнее. Это были не простые налётчики. Те просто сгребли бы всё в мешок, или при невозможности взять всё, как минимум распотрошили бы все шкатулки. — И увидев, как загорелись мрачной решимостью глаза князя, добавил. — Полагаю, ваше сиятельство, что с такими данными вы легко разберётесь с участниками данного похищения?

— Да, боярич. Благодарю. Действительно исчерпывающая информация, и я не рассчитывал и на половину её. — Он задумался ненадолго, и с улыбкой повёл рукой приглашая следовать за ним. — Знаете, услуги, деньги и прочее, мне кажется неправильным проявлением благодарности, для старого боярского рода. — Распахивая двери по ходу следования, впереди двигался слуга, в длиннополом камзоле. — А я, признаться, вам весьма и весьма благодарен.

Наконец они пришли в зал, украшенный фигурами в доспехах, оружием, висящим по стенам, и несколькими стеклянными витринами с тем же оружием.

— Наша семья собирает эту коллекцию вот уже пятьсот лет, и за это время здесь скопились какие-то невероятные количества колющего, рубящего и вообще лишающего жизни оружия. Но кое-что, имеет особую историю. — Он подошёл к стене и снял шашку с длинной рукоятью и чуть изогнутым клинком с характерным узором дамасской стали. — Я бы мог рассказать вам красивую легенду, но… это просто оружие, найденное на остатках крепости Хортица в девятнадцатом веке. Специалисты датируют её шестнадцатым веком, а это значит, что она могла принадлежать только кому-то из старшины князя Дмитрия Вишневецкого — основателя казачества.