|
Лью усмехался, как благодушный сатир.
— А у нас новости, — сказал Эллери. — Отцепись от нее, Батч. Есть разговор.
— И что такое? — подозрительно сощурился Лью.
— Я не знаю, известно это вам или нет, но Тай и Бонни в курсе. Дело в том, что Блит на протяжении некоторого времени, вплоть до прошлого воскресенья, получала анонимные письма.
— Я этого не знал, — медленно проговорил Жак Батчер.
— Какого содержания? — спросил Лью. — С угрозами?
— Обычные конверты, надписанные печатными буквами, скорее всего прямо на почте, здесь, в Голливуде. Кроме игральных карт в них, ничего не было.
Эллери достал бумажник и извлек из него стянутую резинкой тонкую пачку конвертов. Батчер и Лью придирчиво все изучили.
— Клуб «Подкова», — отметил Лью.
— Что они означают? — спросил Батчер. — Бонни, почему ты мне ничего не говорила?
— Я не придавала им никакого значения.
— Винить надо меня. Я таскал эти карты у себя в кармане и ни разу не вспомнил про них с самого воскресенья, зато теперь я нашел к ним ключ.
Эллери положил на стол желтоватую бумагу. Лью, Батчер и Бонни склонились над ней.
— Ничего не понимаю, — пробормотала Бонни. — Похоже на предсказание судьбы?
— Предсказание трагической судьбы, — заметил Эллери. — Текст, напечатанный на этом листе, не что иное, как пояснение к картам: что каждая из них означает.
— Смотрите: первое послание было отправлено 11-го числа, получено на следующий день, 12-го, значит, девять дней назад, или за пять дней до убийства. И что же в этом конверте? Две пиковые карты — валет и семерка.
Все автоматически вытянули шею к бумаге. Обе карты, валет и семерка пик, имели одно значение — «враг».
— Выходит, что два врага, — сказал Эллери. — Создается впечатление, что кто-то предупреждает Блит: «Берегись. Мы оба по твою душу».
— У мамы — два врага? — тупо переспросила Бонни. В глазах у нее плескался ужас, когда она, словно против воли, посмотрела на побледневшего Тая.
— Второй конверт пришел в пятницу, 15-го. В нем тоже две карты — десятка пик и двойка треф. А что они означают?
— Десятка пик — «большие неприятности», — прочел Тай, — а двойка треф — «два дня или две недели спустя».
— Два дня! — крикнула Бонни. — Пятница — это 15-е, а маму убили в воскресенье, 17-го!
— А в воскресенье, 17-го, на летном поле я видел, как Клотильда принесла третий конверт, — продолжал Эллери. — И после того как ваша мама его выбросила, я подобрал его. В нем лежала разорванная надвое восьмерка пик. Если вы посмотрите на примечание внизу, то увидите, что разорванная пополам карта имеет противоположный смысл. Заметьте, что конверт с разорванной картой Блит получила всего за несколько минут до угона самолета. А целая восьмерка пик означает «опасность будет предотвращена»!
— Ну это уж из разряда детских глупостей, — не совсем уверенно произнес Батчер. — Совершенно неправдоподобно.
— И однако же правда, — пожал плечами Эллери. — А сегодня Бонни передала мне последнее послание — конверт с девяткой треф. Эта карта означает «последнее предупреждение». И вот это-то, Батч, действительно выглядит полнейшим бредом, поскольку было отправлено через два дня после смерти Блит.
Вундеркинд разозлился.
— И до сих пор все это смотрелось как чушь собачья, но уж последнее... Да разве можно принимать эту муру всерьез? Но если вам так хочется, то придется допустить, что тот, кто послал Блит последний концерт, еще не знал, что ее отравили. |