— Итак, к двум выводам, каждый из которых, как представляется мне, вполне логичен. Первый из них Лью озвучил. То есть что отправитель психически больной человек. И что конверты, карты, вся эта ребяческая затея — не что иное, как продукт деятельности расстроенного ума. Для такого ума нет ничего необычного в том, чтобы продолжать посылать письма даже после того, как объект его интереса уже умер.

— Да, это я и имел в виду, — сказал Лью.

— Но у меня такое ощущение, что он совсем не идиот, даже если слегка не в себе, — задумчиво проговорил Тай.

— И это ощущение я разделяю. А если он в здравом уме, то другой вывод напрашивается сам собой.

— Ну и?.. — спросил Баском.

Эллери встал и взял со стойки свой счет.

— Сегодняшнее утро я собираюсь посвятить расследованию, которое должно подтвердить или опровергнуть этот вывод. Вы со мной, джентльмены?

Заинтриговав спутников, Эллери углубился в телефонную книгу и долго ее листал.

— Неудачно, — буркнул он. — Потрясу-ка я справочную.

Квин закрылся в телефонной кабине и через несколько минут появился с довольной улыбкой.

— Проще, чем ожидалось, — сказал он. — Мы ткнули пальцем в небо и сразу попали куда надо.

— Куда? Куда попали-то? — озадаченно переспросил Тай.

— В небо, — ответил Лью. — Видишь, как у Квина все просто?

Они сели в спортивную машину Тая, и Эллери велел ехать на Вилкокс — через Вайн-авеню, Мелроуз и Сансет. Между Селма-авеню и Голливудским бульваром Квин выскочил из машины и исчез за дверью новой почтовой конторы.

Тай и Лью уставились друг на друга.

— Не донимай меня, — сказал Лью. — Может, теперь так ищут клады.

Эллери вернулся через четверть часа.

— Хозяин говорит, нет, — бодро сообщил он. — Да я особо и не надеялся.

— Значит, ваша идея лопнула? — спросил Тай.

— Отнюдь. Сюда мы заглянули просто на всякий случай. Тай, теперь по Голливудскому бульвару. Оставите машину между Вайн-стрит и Арджил-авеню.

Как ни странно, но им удалось найти место для парковки в этом весьма запруженном транспортом месте.

— Ну и что дальше? — спросил Лью.

— Сейчас увидим. Нам нужно вон то здание. Пошли.

И он решительно направился через улицу к офисному зданию. Эллери изучил указатель в вестибюле и пошел к лифту. Тай и Лью покорно плелись за ним.

— Четвертый, — сказал Квин.

Выйдя на четвертом этаже, Эллери огляделся, достал из кармана кожаный футляр, а из него — какую-то блестящую штуку.

— Значит, так, — произнес Квин. — Я из управления полиции Лос-Анджелеса, а вы двое — мои помощники. Не справимся с нашими ролями, информацию, которая мне крайне необходима, не получим.

— А как же вы собираетесь ее раздобыть? — беспомощно улыбнулся Тай. — Ведь никаких полномочий для этого у вас нет.

— Помните дело Огиппи? Я там сделал кое-что для раскрытия, и это мне как бы благодарность за заслуги. — Эллери разжал пальцы и показал бляху почетного заместителя комиссара полиции. — Поэтому примите грозный вид и помалкивайте.

Квин подошел к двери с непрезентабельной табличкой:

Контора, как оказалось, занимала всего одну комнату. В ней был набитый бумагами обшарпанный шкаф, телефон, широкий захламленный стол и пыльный стул. На стуле сидел скучный человек лет сорока, с редкими прилизанными волосами. Он сосал леденец на палочке и читал потрепанную книгу под названием «Правдивые истории убийств».

— Льюси? — держа руки в карманах, спросил Эллери.