Правый, пользуясь тем, что моё внимание переместилось, рванул вперёд, метя мне в челюсть рукой в защитной перчатке. Я увернулся, и с разворота ногой попал ему в шею. Ощутимо — но не настолько сильно, чтобы убить или покалечить. Молодчик отлетел, хватая ртом воздух.

Тот, что с ножом, оскалился и рванул на меня. Для меня время будто замедлилось. Я пытался предугадать направление его удара. Сработать на опережение. Начал двигаться вправо: сбить его с ног, обездвижить, разоружить — до того, как отдышится первый.

Краем глаза я заметил, что третий молодчик освободил девушку. Он пытался зайти мне за спину. Плохо!

И тут парень с ножом в рывке навзничь падает на землю, едва не напоровшись на собственный нож.

Я остановился в растерянности. Оставшиеся двое молодчиков переглянулись, после чего одновременно направились к упавшему приятелю. Я же повернулся к девушке.

Она дрожала, глядя на троицу испуганными глазами.

— Пойдём, — тихо сказал я, протягивая руку, — скорее!

Она с недоумением посмотрела на меня.

— Надо уходить! –повторил я, уже громче.

— Он не дышит!!! –заорал один из мотоциклистов. — Помогите!!!

Поразительно, как резко поменялось настроение нападавших. Только что они были кровожадной бандой, уже почуявшей кровь жертвы — и вот они испуганные дети, столкнувшиеся нос к носу с настоящей трагедией.

— Скорая! — надрывался тот, который хотел зайти мне за спину. — Позвоните в скорую! У него сердце не бьётся!

Он глядел на меня со смесью испуга и мольбы.

— Оль, он прав, надо уходить, — сказал толстый парень.

Похоже, он первым пришёл в себя. Что ж, хоть такая помощь.

— Идём, — кивнула девушка.

Она направилась туда, где лежали их вещи, и быстро собрала в матерчатую пляжную сумку.

— Помогите! Тут приёма нет! — продолжал надрываться один из молодчиков.

Я бросил быстрый взгляд на того, кто нападал на меня с ножом. В районе его головы по светлому камню растекалось красное.

— На гору поднимись, — сказал я, когда мы проходили мимо, — там приём есть. Но можешь не торопиться. Он мёртв.

Я нисколько не сомневался в своих словах. Если в случае с Егором это ещё могло быть совпадением — то теперь сомнений не было: эти смерти связаны со мной. Это осознание было похоже на холодный душ, от которого замирает сердце, сбивается дыхание, но проясняется голова.

Мы были уже на полпути к лестнице, когда сзади послышался звук заведённого мотоциклетного мотора. Кто-то из молодчиков поехал наверх, вызывать помощь.

— Ты думаешь, он на самом деле мёртв? — Спросила меня Ольга, как бы невзначай опираясь на мою руку.

— Да, — кивнул я, — думаю.

— У него нож был… — проговорила она, задумчиво. — Какая мгновенная карма…

Я пожал плечами.

— А ты мне сразу понравился, — вдруг заявила Ольга, состроив глазки.

Я с недоумением посмотрел на толстого парня.