- Почему же нам мост перейти нельзя, если она по нему ходила?! спросил однорогий.

- Мост перейти можно, да только не каждому это удаётся, - проворчал наш Чёрт. - Не простой это мост. У кого помыслы тайные злые, чтобы Сокровища себе присвоить, или ещё какую прибыль во Дворце поиметь, под тем обязательно мост провалится. А из трясины или спасут для службы во Дворце, либо загинешь, загрызут, утянут тебя Ведьмы, да Русалки.

- А эти все, с кем ты идешь, как они мост перейдут? Разве они не за Сокровищем идут?! - удивился однорогий.

- В том-то и дело, что идут они за Сокровищем, да только не для себя, - вздохнул наш Черт.

- Для кого же? - не мог понять бестолковый однорогий Чёрт.

- Да что ты пристал? - вмешался пузатый. - Они идут за Сердцами для Лукоморов, а Сокровища Лесных Царей они тоже не для себя добывают.

- А для кого же тогда? - не унимался однорогий.

- Теперь я знаю, за что тебе рог обломали, - помотал ушами наш Чёрт. - Для других. Для всех болотных, для людей. Для всех. Понимаешь?

- Для всех? - удивился однорогий, и честно признался, - Для всех этого я не понимаю.

- Я тоже не понимаю, - признался наш Черт. - Но вот такие они. И хватит болтать, я вас не для этого звал. Давайте решать, что делать будем. Я через мост не пойду. Ни в какую. В трясине тонуть я не хочу. Лучше в Ад не вернусь, на болоте замёрзну, чем в трясину провалиться...

Я пошевелил плечами, потянулся и осторожно переступил затёкшими ногами. И надо было такому случиться, чтобы под ногой у меня хрустнула веточка.

- Кто там прячется?! - навострив чуткие уши, зло прошипел пузатый Чёрт, двинувшись в мою сторону.

Скрываться не имело никакого смысла, я подобрал с земли обломок ветки, выбрав посучковатей и поувесистей, и вышел из-за дерева навстречу Чертям, шепнув Царевне:

- Скачи к нашим, поднимай их, а я Чертей задержу.

Лягушка спрыгнула с плеча и зашлёпала по тропинке, а я сделал шаг навстречу приближавшимся Чертям, которые облизывались красными языками. Из злобных глазок у них сыпались искры, они шевелили пальцами с длинными корявыми и острыми когтями, и подступали ко мне всё ближе, готовясь к броску.

Я был начеку, поэтому, когда однорогий прыгнул с диким визгом на меня, я сделал шаг назад, когти однорогого вспороли на моей груди рубашку, оцарапав кожу, словно бритвами меня полоснули, но я нанёс сокрушительный удар увесистой палкой нападавшему Чёрту по голове.

Раздался истошный вопль, единственный рог Чёрта, к его неописуемому ужасу, полетел в одну сторону, а моя увесистая палка, к моему ужасу, разлетелась на куски, которые полетели в другую сторону.

Пузатого Чёрта я успел перебросить через себя, хотя он и был намного тяжелее, чем казался. А вот наш Чёрт едва не распорол мне клыками живот, В последний момент я чудом успел увернуться, и рубаха моя окончательно превратилась в лохмотья.

Я успел подумать, хорошо, что штормовка не застёгнута, как бы я потом по болоту ходил с голым пузом. Где тут посреди болот рубаху найдешь? Я прижался спиной к дереву, ко мне подходили с опаской Черти, от нетерпения щелкая по земле длинными хвостами. Дело моё было плохо, но за спиной раздался треск веток под ногами, топот, и на маленькую поляну высыпала наша храбрая дружина во главе с бесшабашным Яшкой скоморохом, который прибежал к месту боя с горящей головешкой в руках.

- Кому шерсть подпалить нужно?! Кому тут холодно?! - завопил Яшка, бросаясь на Чертей с головешкой, от которой во все стороны сыпались искры.