— По-моему…

Из-за угла появился луч автомобильной фары, осветивший изгородь. В коробке скоростей заскрежетало, машина замедлила ход и остановилась у самой дороги в Фурш. Жюльен увидел, что это старый автомобиль марки «розали». Мотор работал на малых оборотах, кузов содрогался и дребезжал, в ночной тишине шум казался оглушительным. Потом донесся негромкий свист. Каранто поднялся с земли и выдохнул:

— Они.

Но в машине был только один человек; он быстро сказал Франсису:

— Свои вещи кладите назад, твой приятель устроится там же. Пусть возьмет брезент и все прикроет.

Они положили винтовки на сиденье, а ранцы приладили позади водителя; он обернулся и прибавил:

— Садись рядом со мной, Франсис.

— Ты что, один?

— Давайте, давайте, я все потом объясню.

Солдаты сели, и машина двинулась в путь, урча мотором и дребезжа металлическими частями. Жюльен смотрел на дорогу, освещенную фарами, и вскоре заметил, что водитель едет узкими улочками, которые должны были вывести их в дальний конец улицы Вильнев, на порядочном расстоянии от дома Сильвии. Пробило одиннадцать; спит ли уже Сильвия? Услыхала бы она шум мотора, если б они проехали мимо ее дома? Думает ли она о нем, Жюльене? Завтра Ритер будет ждать ее возле моста Бье. Конечно, она все сразу поймет, как только увидит его… Жюльен почувствовал, что не должен думать о Сильвии. Пока еще не время. Если он не прогонит мысль о ней, то, чего доброго, возьмет да попросит водителя остановить машину, выйдет из нее и возвратится на пост наблюдения. Ляжет спать. И никто ничего не узнает… Нет, ведь Ритер и Каранто знают.

Жюльен наклонился к водителю, чтобы вдохнуть свежий воздух, проникавший сквозь опущенное стекло. Они уже выехали за пределы города.

— Это дорога на Лабрюгьер? — спросил Жюльен.

Водитель ответил не оборачиваясь:

— Я еду так, чтобы оставить в стороне Мазаме. Дорога тут похуже, но зато мы наверняка никого не встретим.

— Почему ж ты все-таки один? — снова спросил Каранто.

— Мне так и не удалось разыскать Жан-Поля. Дома я его не застал. И не смог взять вездеход, у меня не было ключа. Пришлось воспользоваться этой колымагой. Она, должно быть, принадлежит одному из клиентов его отца. Надеюсь, она не рассыплется по дороге.

— Но владелец за ней явится?

— Я отвезу вас на место и тотчас вернусь. Вместе с Жан-Полем мы присоединимся к вам позднее.

Каранто повернул голову. Лицо его было слабо освещено неверным светом фар, но Жюльен понял, что товарищ думает о том же, о чем думает он сам: они останутся одни. Одни в незнакомых местах. Словно угадав их тревогу, водитель продолжал:

— Я прихватил для вас карту. Оставлю ее вам и отмечу пункт, где мы встретимся. Укажу также, где расположена ферма, владельца которой я хорошо знаю.

Он замолчал. Каранто снова повернул голову, но Жюльен откинулся на спинку сиденья и не шевелился.

— А вы когда приедете? — спросил Каранто.

— Как только управимся. Может, даже завтра. Понимаешь, у нас не такое безвыходное положение, как у вас, ведь мы не рискуем сразу же угодить в лапы к бошам.

Человек, сидевший за рулем, быстро взглянул на Каранто, потом снова вперил взгляд в дорогу и сказал:

— Не бойся, мы вас не бросим в беде. А кроме того, там, в горах, вы встретитесь с нашими друзьями.

43

Они миновали Лабрюгьер, но машина еще долго катила по дороге, которая становилась все более ухабистой и вскоре нырнула в лес. На каком-то перекрестке водитель остановился и объяснил, что они на скрещении двух лесных дорог. Он развернул карту и при свете фар ткнул пальцем в черную точку, расположенную в центре зеленого пятна.