— Вы?! Что могут сделать людишки там, где бессильны боги? Новый Хтон куда сильнее прежнего. И ваша Ника еще жива только потому, что они с ним связаны. Они — как два сосуда, соединенные между собой.

— А если мы ослабим Хтона? — спросила Стелла. — Если мы и дальше будем убивать тварей, порожденных его кровью?

— Так в этом ваш план… — задумчиво прохрипела гаргулья и прикрыла тяжелые веки. Даже показалось, что она сейчас снова уснет, ожидая ответа хозяев. Но в этот раз пауза была короткой, всего несколько мгновений.

— Да, когда вы убили Дробителя, мы тоже на время поверили, что у вас может получиться. Этот демон и подобные ему — не просто порождения Хтона. Это часть его, его плоть, кровь и дух. Переродившись, Хтон утратил свое постоянное воплощение. Его дух, как и дух Ники, теперь заключен в Сердце Артара.

— И с помощью Сердца он создает себе новые воплощения? — уточнила Стелла.

— Да. Как и Ника. Но его воплощения гораздо, гораздо сильнее.

— Почему?

— Ты еще спрашиваешь? Мощь Сердца Артара доступна обоим, но девочке никогда не совладать с ней. Она — всего лишь человек. Эта сила испепелит ее, как мотылька, если она попробует зачерпнуть слишком много.

— Но…

— Довольно вопросов! Мы и так сказали куда больше, чем должны были.

Оракул подался вперед еще сильнее, так что теперь уже всем было видно его длиннющее туловище. Он требовательно протянул вперед руку ладонью вверх.

— Отдайте глаз! И убирайтесь из Мерраха! Завтра на рассвете мы растерзаем любого из чужаков, кто окажется здесь!

— Последний вопрос! — Стелла выставила вперед ладонь.

— Мы сказали — довольно вопросов!

Гаргулья хрястнула кулаком оземь. Эрик снова выхватил меч, предостерегающе выставил его перед собой. Я на всякий случай тоже достал посох, остальные подтянулись ближе.

— Нет уж, вы ответите! — прорычал Эрик. — Иначе не получите глаза!

Чудовище дернулось было, но отпрянуло, когда искатель замахнулся на него мечом. Ситуация была патовая. В принципе, мы могли бы попробовать уйти, и гаргулья вряд ли смогла бы нас остановить. И плевать уже на испорченную репутацию с Видящими. Все равно превратить их в союзников, как изначально планировала Стелла, уже не получится. Так надо хотя бы вытянуть из них побольше напоследок.

— Хорошо. Мы ответим, — пророкотал оракул. — Даем слово. Но сначала — глаз!

Он снова вытянул вперед лапищу. Эрик со Стеллой переглянулись, и искатель, скрепя сердце, все же выложил трофей на огромную ладонь. Гаргулья тут же проглотила глаз и, запрокинув башку к потолку, замерла в такой позе на несколько секунд. Успокоившись, медленно отползла назад, снова почти скрываясь в колодце.

— Спрашивайте! Но у вас мало времени.

— Я все-таки спрошу о том, с чего начала. Почему вы переменили свое решение и отказываетесь дать чужакам убежище в Меррахе? Чего вы боитесь?

— Гнева Владыки Бездны, конечно.

— Вы ведь надежно укрыты. И раньше вы не боялись помогать людям. Что изменилось?

— Око показало, что конец близок, — мрачно отозвалось чудовище. — Пророчество будет исполнено. Падут оковы с верхнего и нижнего миров. Падут оплоты и законы чужаков. И все, что чуждо истинной земле — то сгинет в очищающем огне.

— Да, да, слышали мы уже эти байки. Что. Конкретно. Произошло? — процедила Стелла, чеканя каждое слово.

Гаргулья оттолкнулась от края колодца, скрываясь в глубине. Ее светящиеся багровые глазницы повисли во тьме, будто два фонаря.