— Зачем ты это сделала? Где мой сын? Почему ты так поступила со мной?

Она пыталась рассказать ему правду, но он не стал слушать и, отвернувшись от нее, зашагал прочь.

— Нет! Нет! Прошу тебя! Я не могла повести себя иначе! Неужели ты не понимаешь?!

— Кэролайн, Кэролайн, проснитесь!

* * *

Она села на постели, с трудом возвращаясь к реальности и радуясь тому, что кошмар, посетивший ее, был всего лишь сном.

Волк склонился над ней и отвел с ее лба разметавшиеся во сне волосы.

— Что с вами, Кэролайн? Что вас так беспокоит?

Она хотела рассказать ему все и уже открыла было рот для правдивого ответа, но усилием воли заставила себя промолчать. Во сне Волк упрекал ее в том, что она не сказала ему о его сыне. Но ведь в реальной жизни все могло обстоять иначе. И неизвестно, какие чувства вызвало бы у этого человека известие о том, что она ждет от него ребенка. Рассчитывать на то, что он обрадуется, было бы глупо с ее стороны. В лучшем случае он ради будущего младенца сделает ей предложение.

А потом, подобно своему брату Логану, уедет прочь, оставив ее одну. Но она ведь и без того одна, следовательно, ей совершенно незачем пытаться женить его на себе.

Он спросил: «Что вас беспокоит?» Кэролайн подумала о том, сколько разных, причем правдивейших ответов могла бы она дать на этот вопрос, и губы ее тронула слабая улыбка.

— Какой тяжелый выдался год, — произнесла она наконец.

— После того как вы покинули Англию?

— Нет, по правде говоря, трудности начались раньше. Они-то и привели к тому, что мне пришлось уехать.

Волк сел на стул, стоявший возле кровати, и участливо улыбнулся Кэролайн. В его присутствии вся мебель словно уменьшилась в размерах. Кэролайн подняла на него глаза и не могла не заметить, что он чем-то озабочен.

— Что случилось? — встревоженно спросила она. — Неужели Мэри стало хуже?

— Нет, наоборот, Садайи напоила ее целебным отваром, и она впервые за все эти дни заснула спокойно. Малышка наелась и тоже спит.

Кэролайн села на постели, опираясь спиной на подушку, и окинула недоверчивым взглядом всю его мощную, ладную фигуру. Внутри у нее все болезненно сжалось, и она спросила дрогнувшим голосом:

— Но ведь что-то не так, правда?

— Да нет, пожалуй все в порядке, — отозвался он, но в голосе его не было уверенности. Волк, не мигая, смотрел на Кэролайн, борясь с искушением броситься к ней и заключить ее в объятия. Сцепив руки, он неохотно пояснил: — Вожди в самом скором времени отправляются в Чарльз-таун.

— Но это же замечательно! — воскликнула Кэролайн. — Вы потратили много времени и сил на то, чтобы они встретились с губернатором, не так ли? — Видя, что он хмурится, Кэролайн уже без прежнего оптимизма добавила: — Я надеюсь, что недоразумениям между чероки и англичанами будет положен конец.

— Да, но кто от этого больше выиграет? — Волк встал и придвинул стул к стене. — Вы правы, я готовил эти переговоры, но нисколько не склонен переоценивать их значения.

Он отошел в дальний угол комнаты, показавшейся ему очень маленькой. Даже здесь до него доходил этот будоражащий кровь запах свежести и весенних цветов — неповторимый запах Кэролайн! Ему не следовало сюда приходить! Он принял это решение, стоя за дверью и прислушиваясь к ее ровному дыханию. Но, услыхав ее крик, не мог не выяснить, что ее встревожило.

— Но чем же именно вы теперь так недовольны? — Он пожал плечами. Похоже, она успела достаточно хорошо узнать его за недолгое время.

— Наверное, дело в том, что я просто не доверяю англичанам.