— Я остановился тут на ночлег, — отвечал Бран, надеясь, что его голос тверже, чем колени. — Я и сам собирался спросить у вас о том же. — Он, само собой, лгал, но надеялся, что они этого не поймут. Бран осторожно шагнул к костру, где лежал меч пера.

Черные альвы разглядывали его, вытянув шеи, в попытке заглянуть за стоячий камень.

— Кто ты такой? Это ты начертил вот это послание на камне? — Говоривший подкреплял свои слова быстрыми движениями поблескивающего меча. — Или ты и есть Бран, которому оно адресовано? Кого ты ищешь?

Бран кашлянул, надеясь, что шум разбудит Пера.

— Сколько вопросов! А могу я узнать, кто их задает?

— Ты здесь один? — Настырный альв огляделся с растущей уверенностью.

— Мой спутник там, — Бран кивнул головой за камень.

Черные альвы поглядели на камень, на Брана — и вдруг отступили на несколько шагов, — уверенности у них вдруг явно поубавилось. Воспользовавшись их растерянностью, Бран поспешно бросился к камню и едва не упал на него в поисках поддержки. На миг ему почудилось, что массивный камень едва заметно шевельнулся, точно колыхнувшись от его толчка — глупости, конечно, ведь основание камня прочно вросло в каменистую почву.

Черные альвы кружили вокруг него, точно свора злобных псов, ищущих слабое место, чтобы ударить. Их вожак шепотом посовещался со своими дружками, затем осмелился подойти поближе. В смутном ночном свете лицо его оставалось неразличимым, но Бран ощущал, как впивается в него пронзительный взгляд.

— Ты здесь чужак, верно? Если только мы не ошиблись, ты из другого мира. Кто-то, за кем ты следуешь, оставляет для тебя послания. Мы и сами идем за ним, от вершины к вершине, по прямой. Это правда, что у скиплингов нет врожденной Силы и они не могут защищать себя?

— Не знаю, — искренно ответил Бран, гадая, о какой это врожденной Силе может идти речь.

Вожак отступил с шипением, делая своим спутникам знак приблизиться.

— Как по-вашему, это он и есть? Схватим его?

Прочие отозвались неуверенным бормотанием.

— Знаешь ведь, что бывает, если раздражить Хьердис.

Вначале убедись, что не ошибаешься.

— Может, оставим его на поживу Призрачным Всадникам? — с мерзким хихиканьем предложил один из альвов. — Не нравится мне что-то, как он липнет к этому камню, точно там еще осталась Сила. Пускай себе Всадники горят, а не мы.

— Что ты скажешь на это? — обратился вожак к Брану. — Оставить тебя Призрачным Всадникам? Или ты без шума пойдешь с нами и, быть может, спасешь свою шкуру? Хьердис всего только и хочет задать тебе пару вопросов насчет Ингвольд. Бояться нечего, — прибавил он, приближаясь еще на шаг.

Бран понемногу подбирался к Перову мечу, проклиная в душе его хозяина, который дрых так беспробудно, точно получил от богов право не вскакивать при каждом шорохе и шепоте, как делал это Бран. Шажок — и пальцы его ноги наткнулись на рукоять меча. Бран сомневался, что от этого будет прок, но если уж суждено погибнуть, так по крайней мере с оружием в руках.

— Нет, спасибо, — бросил он, быстро нагнувшись и схватив меч. — Неохота мне отвечать на вопросы Хьердис. Вот меч, а вот камень, и вам не так-то легко будет до меня добраться, так что убирайтесь подобру-поздорову туда, откуда явились.

На черных альвов его меч не произвел особого впечатления.

Они наскоро пошептались, и один из них воскликнул:

— Да ведь это камень, и больше ничего!

— Вот ты и сразись с ним, — отвечал другой. — Такой вот проклятый камень растопил моего дедушку.