Кольссинир оглядел Асгрима и Факси, сопровождая осмотр задумчивым изгибанием бровей и многозначительным фырканьем. При виде Асгрима он обменялся со Смидкеллем понимающим взглядом и пробормотал: «Несомненно, украден». Асгрим с виду был превосходный конь, не то что старина Факси. Кольссинир покачал головой, но Смидкелль сказал ему:

— Эта коняга способна бежать рысью весь день почти без передышки. На вид она мягкая, точно масло, но под этой шкурой полно железа.

— Ха, увидим. Говорят, крапчатые кони везучи. Эй, парень, — буркнул он, обращаясь к Брану, — в каком мире ты его украл, в том или этом?

— Я его вообще не крал, — отвечал Бран. — Прежний хозяин подарил мне его в знак дружбы. Не тревожься, из-за него у тебя проблем не будет.

Кольссинир выразительно кивнул.

— Хорошо, коли так, или мы оставим его на закуску троллям. Ну, пошли, нам нынче предстоит переделать гору всякой работы.

Он попрощался со Смидкеллем и во главе процессии зашагал прочь.

Дом Кольссинира был пристроен ко склону холма в самой высокой части форта, и часовые обыкновенно поднимались на его крышу, чтобы с высоты оглядывать равнину. Через дымовое отверстие они приветствовали мага, точно старые друзья, и частенько заглядывали к нему, чтобы выпить после дежурства. Дом был невелик, темен и на редкость загроможден всякой всячиной.

Везде громоздились груды мешков с провизией и снаряжением, доходя до потолочных балок, и для людей или лошадей места оставалось маловато. Бран поставил двоих коней в большую конюшню к одиннадцати другим животным, и нырнул в загроможденную тюками темноту Кольссинирова дома. Из-за огромной груды мешков с мукой до него донесся голос мага, велевший Перу и Ингвольд сложить все в провощенные мешки и приготовить тюки для коней.

Около полудня стражники с крыши прокричали в дымовое отверстие:

— Эгей, Кольссинир! Можем мы разделить с тобой то, что кипит в этом котле? У нас есть сыр, эль и черствый хлеб — это наша доля.

— И спрашивать нечего, олухи! — проревел в ответ Кольссинир. — Спускайтесь немедля, а то здесь и крошки не останется — у меня сидят три голодных раба, которые способны умять целиком жареного тролля. Эй ты, помешай в котле. Как, кстати, твое имя?

Бран поднялся и заглянул в котел. Можно было подумать, что маг варит там не обед, а охапку грязного тряпья и старых башмаков.

— Бран, господин мой. — Он осторожно помешал месиво, различив в нем брюквины, нечищенную картошку и стебли ревеня — все это плавало в жирной серой похлебке явно бараньего происхождения.

Стражники перебрались через груды тюков, добродушно переругиваясь с Кольссиниром, и уселись на связках вяленой трески. Бран разлил варево по большим глиняным горшкам и со своей долей пристроился около Пера и Ингвольд. Еда была не самая изысканная, да и хлеб черствый — зато всего много.

— Мы слыхали от Смидкелля о твоих новых рабах, — заметил один из стражников. — Судя по их виду, это сущие негодяи. Знаешь ведь, воры да беглецы частенько сворачивают на старую дорожку. На твоем месте я бы не доверил им оружия.

— Да ведь ты не на моем месте — ты всего лишь стражник, а я — маг, — добродушно огрызнулся Кольссинир.