— Наташа!

— Если ты заранее ничего не планировал, зачем за день до отъезда спросил меня, знаком ли Карелу текст «Обманщиц»?

— Клянусь тебе, не для этого. Просто подумал, что ему не понравится этот спектакль, вот и все.

— Ладно. Пойдем вниз, драки я все равно не допущу.

— А мне бы хотелось, я уже настроился. Мне кажется, нам просто необходимо подраться. И это уж точно не твое дело.

— Знаешь, Никита, мое. Я теперь жду от тебя чего угодно — например, что ты сразу после драки отправишься в травмопункт, а оттуда в милицию. И заявишь, что чешский гражданин Карел Новак, будучи в нетрезвом состоянии, напал на тебя, бедного, когда ты выходил из театра.

— Это уже слишком, Наташа.

С трудом расстегнув молнию на спине, Наташа сняла трико, юбку, повесила костюм на вешалку, взглянула в зеркало. Вид был взволнованный, но выглядела она неплохо.

Наташа быстро заплела волосы в косу, сняла сценический макияж салфеткой с тоником, прошлась по лицу пуховкой, чуть подкрасила губы. Торопливо сбежала по лестнице.

В театральном дворике, на скамейке под кустами сирени, сидел Карел. Она остановилась, не дойдя до него трех шагов. Поднявшись, он подошел к ней вплотную и молча обнял. Они постояли, обнявшись, несколько мгновений.

— Я люблю тебя. Поверь мне, я так тебя люблю… Прости меня, пожалуйста, — прошептал Карел.

— Зачем ты ему поверил? Как ты мог?

— Сам не знаю. Я так тебя люблю, что с ума схожу от ревности. Я больше не буду так, обещаю. Я доверяю тебе, милая моя… Я больше никому не поверю. Что мне сделать, чтобы ты меня простила?

— Сегодня должна была состояться наша свадьба… Что ты сказал родным?

— Почти ничего… Что ты решила еще подумать…

— Как они это восприняли?

— Спокойно. Не удивились. Они считают, что у меня плохой характер…

— А у тебя хороший?

— Да. Теперь всегда будет хороший…

— Ты не за рулем?

— Нет. Ты же видишь, я выпил…

— С Олегом?

— И с Олегом, и до Олега.

— Ты приезжал ночью?

— Да. Я давно хотел приехать… Я так по тебе скучал… Еще до того, как ко мне пришел Олег, я стал думать, что погорячился.

— Погорячился?

— Назови это как угодно. Я предал нашу любовь, если ты это имеешь в виду, но только потому, что очень любил… Я не мог предположить, что в нем столько ненависти… Хотя за что ему меня любить? Все равно, хоть я тоже виноват перед тобой, его поступку нет оправдания. Прошу тебя, если можешь, конечно, поедем куда-нибудь!

— Отпразднуем несостоявшуюся свадьбу?

— Наша свадьба обязательно состоится, если ты только согласишься… Просто сегодня мы побудем вместе, хорошо?

— Хорошо. Я люблю тебя, Карел.

— Правда? Ты простила меня?

— Наверное. Как это ни странно… Куда ты хочешь поехать?

— Рядом с моим домом открылся маленький ресторанчик… Очень милый…

— А дома у тебя ничего нет? Может, поедем сразу к тебе?

— Сразу ко мне не стоит. Я должен тебя морально подготовить. И себя тоже — я ведь не знал, что ты сегодня придешь…

— А что такое? Там ремонт?

— Дело не в ремонте. — Он горько засмеялся.

— Ладно, потом расскажешь. Поедем, становится холодно, уже поздно.