— Медленнее, еще медленнее!

Торопясь, Шелли начала зажигать свечи, от нетерпения пританцовывая. Чуть отсыревшие фитильки никак не желали загораться.

Кейн и Билли были уже где-то в столовой. На кухню, к Шелли долетали обрывки фраз их разговора.

— Закройте глаза! Не подглядывайте! — Шелли разволновалась.

— Какая разница, открыты глаза или закрыть? — все равно темнотища такая, что ни черта не видать! — отозвался Кейн.

— Может, лучше седеть? — Билли явно надоело налетать втемноте на все подряд.

— Попробуй, может, у тебя и получится, — пробурчал в ответ Кейн.

Слушая, как они тихонько переругиваются, Щелли подумала, что их беседа напоминает скорее диалог двух братьев, чем племянника и его взрослого дяди.

Шелли с трудом сдерживалась, чтобы не расхохотаться: каждый раз, когда она прыскала со смеху, ее рука дрожала и спичка гасла на полпути к свечке на пироге.

— Шелли, ну скоро ты там? — не выдержал наконец Кейн.

— Терпение, терпение! — крикнула она им. — Мне нужно проверить, как я сама вижу в темноте!

Однако через несколько мгновений нетерпеливый Кейн вошел на кухню, неся с собой гору грязных тарелок. Увидев посреди темной кухни освещенное разноцветными свечками лицо Шелли, склонившейся над праздничным пирогом, ее блестящие, горящие возбуждением глаза, ее улыбку, такую загадочную, она, по-видимому, прилагала нечеловеческие усилия, чтобы не рассмеяться. Кейн с трудом поборол желание зашвырнуть куда-нибудь всю эту грязную посуду, поднять Шелли на-руки и унести далеко-далеко, в темную ночь.

Но конечно, он этого не сделал. Он аккуратно поставил грязные тарелки в раковину и обернулся к Шелли. Глядя на нее, он не мог сдержать улыбки — до того заразительно улыбалась Шелли. В больших серых глазах Кейна заплясали, отражаясь, огоньки свечей.

Наконец все свечи были зажжены. Шелли поставила пирог на специальный поднос и направилась с ним в столовую.

Кейн, стоя у дверей, ожидал теперь только ее сигнала, чтобы распахнуть их. — Ты закрыл глаза? — крикнул он Билли.

— Да! — отозвался, тот.

— Не вздумай подсматривать! И, не слушая, что скажет ему в ответ Билли, Кейн распахнул двери — Шелли как раз кивнула ему головой.

Билли сидел за столом, прикрывая глаза ладонями, — он явно желал показать Кейну и Шелли; что изо всех сил старается не подсматривать.

Поставив перед ним пирог, Шелли запела:

— С днем рожденья тебя!..

— С днем рожденья тебя!.. — подхватил, чуть фальшивя, Кейн.

Когда они допели песенку до конца, Билли раскрыл глаза. Увидев прямо перед собой великолепный огромный пирог, он замер от восхищения. Глядя на выражение его лица в эту минуту, Шелли подумала, что его радость вполне стоит тех хлопот, усилий и затрат, которых стоил ей этот пирог.

Он и впрямь был великолепен.

Посреди шоколадно-глазурных гор и холмов текли лимонные и апельсиновые реки. Сказочный пейзаж освещали разноцветные именинные свечи. А по горам… По горам разгуливали крохотные фантастические звери. В дрожащем пламени свечей, бликами игравшем на их крыльях, лапах и головах, они и впрямь казались живыми. Еще минута — и они оживут и начнут бродить по шоколадному ландшафту и плескатася во фруктовых водоемах…

Несколько минут Билли просто неподвижно сидел, глядя на это чудо кулинарного искусства прямо перед собой. В его широко раскрытых глазах заблестели слезы.

— Загадай желание! — шепнула ему Шелли. Билли посмотрел на нее, кивнул и, склонившись над пирогом, изо всех сил стал дуть на свечи.