— С достоинством приму любое решение суда, — хрипло отозвался я.

— И не сомневаюсь, — вздохнул судья. — Михаилу Иванову выносится княжеская апелляция, но из-за отягчающего обстоятельства, продолжение учебы в гимназии заменяется ссылкой в родовой надел.

От некоторых из следящих за заседанием зрителей так и повеяло радостью и злорадством, а я с недоумением посмотрел на судью.

— Так это же хорошо? Мне как раз нужно подтвердить право на надел.

Честно говоря, последнюю неделю я ежедневно мечтал о том, как я попадаю в свой надел и начинаю, наконец-то, заниматься его развитием.

Экономическое развитие, торговые связи, производства, создание дружины, тренировки и долгожданный вход в высшее общество!

И сейчас я никак не мог взять в толк, почему судья такой мрачный.

— Миша, — судья, не скрываясь, поморщился, — Как ты думаешь, почему ни князь, ни твой поверенный капитан Оут, никто из учителей не пришел на финальное заседание?

— И почему? — с тревогой уточнил я.

— Потому что они в отличие от этого сброда, — судья кивнул на недовольно зароптавших зрителей. — Бьются на передовой.

— На какой передовой? — как попугай переспросил я, за эту неделю ни Фред, ни Джош не сказали ни слова про войну! Неужели… — Неужели северяне?!

— Они самые, парень, — вздохнул судья. — И твой надел находится не просто на фронте. Он был захвачен неделю назад и сейчас является глубоким тылом северных волков.

— А сеть телепортов?

— Заблокирована, но во исполнение решения суда будет разблокирована сроком на десять минут.

— И что меня серьезно отправляют в тыл северянам? — не поверял я. — Ведь это же…

— Смерть, — мрачно подтвердил судья. — Я бы даже сказал казнь. Ксурово гнилье, пользуясь поспешным убытием князя подложили тебе и самому князю огромную свинью. И это тебе вор Яник, который публично поклялся снять с тебя кожу, здесь все намного серьезней.

Я стоял и не мог поверить в то, что сейчас слышу.

Хотя, чему тут удивляться? Если крысу загнать в угол, она будет вынуждена атаковать.

Вот и мелкая шушера, понимая, что ещё немного и их уничтожат, начала самую настоящую войну.

А раз они не могут ударить по князю, бьют по его ближним. Не зря же столько времени циркулировали слухи о нашем родстве…

— Но ты можешь отказаться, — неохотно произнес судья. — В таком случае дворянство тебе уже не получить ни при каких условиях и хуже того, часть родовых техник будет закрыта.

— И что, совсем ничего нельзя сделать?

— Эти, — судья кивнул на зрителей, — только и ждут, что я нарушу закон. Уже готов новый кандидат. Но если он сядет на судейское кресло…

— … всё будет зря, да? — горько усмехнулся я.

Чувство было такое, что я медленно, но верно тону в океане безнадеги.

— Да, — судья не отвел взгляда. — Единственное, что я могу для тебя сделать, назначить дату отправки на завтра.

Да уж… Царский подарок!

Кажется, чуть ли не в первый раз за последний год мне захотелось разрыдаться, словно девчонка.

Но перед глазами встал образ Рив, я лишь нахмурился.

Мужик я или нет, в конце концов?!

Да у любой проблемы есть решение! Да и потом, если я отступлю сейчас, как я буду смотреть в глаза моей принцессе?

В конце концов, все не так уж плохо…

К тому же, я не один.