— Это еще мягко сказано.

— Но сколько можно повторять, что этот человек — твой отец! И этот самый инфаркт, от которого он, по-твоему, благополучно оправился, мог убить его. Неужели тебе все равно?

При каждом слове Сэмми взгляд Ника становился все тяжелее и тяжелее.

— Даже для друга — или как ты там себя называешь? — просто человека ты зашла слишком далеко. Мои отношения с Генри никого не касаются. Держись подальше от этой темы, Карлмайкл.

— Касается меня это или не касается, — Сэмми сжала край стола так, что побелели костяшки пальцев, — но ваши отношения с Генри… дурно пахнут, Эллиот. Он только что преподнес тебе на серебряном блюдечке преуспевающую компанию. И ты должен чувствовать по меньшей мере благодарность.

С этими словами Сэмми повернулась на сто восемьдесят градусов и кинулась прочь из кабинета.

Какой осел! Если он обращался с клиентами так же, как с ней и с Генри, неудивительно, что «Эллиот эйр» пришлось прекратить производство самолетов… Наверное, это он отпугнул всех потенциальных покупателей.

Но бедняга Генри не должен сидеть один только потому, что Ник — чертов сукин сын. Раз он не может уделить времени больному отцу, что ж — это сделает Сэмми. Генри наверняка было очень одиноко, иначе он вряд ли позвонил бы Нику.

В семь часов вечера — Сэмми запомнила, что именно это время упомянул Ник в разговоре с отцом, — спрятав за спиной цветы, Сэмми нажимала кнопку звонка у двери Генри.

Хотя теперь ее зарплата была гораздо больше, чем раньше, Сэмми едва могла позволить себе даже этот скромный букетик из маргариток и декоративной травы. Но если эти цветы смогут поднять настроение Генри, заставить его чувствовать себя не таким одиноким, знать, что кто-то заботится о нем, то ей не жалко ни одного потраченного пенни.

Сэмми глубоко вздохнула и постаралась расслабиться. Она не хотела, чтобы Генри понял, как она зла на Ника. Сэмми вообще не собиралась давать понять, что знает об отказе Ника пообедать с отцом.

Дверь наконец открылась.

Сэмми закрыла лицо букетом.

— Сюрприз! Можно мне войти?

— Это зависит от того, кто вы.

Сэмми неподвижно застыла, по-прежнему держа букет у лица. Мягкий женский голос, ответивший ей, явно не мог принадлежать Генри. Он не был похож и на голос миссис Симмс.

— Генри, по-моему, к тебе пришли гости, — сказала женщина.

Легкий ветерок сдунул в лицо Сэмми немного цветочной пыльцы. Опустив руку с букетом, она чихнула.

— Будьте здоровы, — сказала незнакомая женщина.

— Сэмми? — Ну наконец-то. На этот раз она слышит голос Генри.

Покраснев, Сэмми открыла глаза и попыталась улыбнуться.

Женщина, стоявшая рядом с ее бывшим шефом, излучала грацию и уверенность в себе. Ее прекрасно подстриженная и уложенная белокурая головка едва доставала до плеча Генри. Все в этой женщине — от бриллиантов, украшавших уши и шею, до дорогого костюма из натурального шелка — говорило о богатстве, которое вовсе не старались нарочито выставить напоказ. Женщина была, несомненно, красива.

— Вот это сюрприз, — сказал Генри. — Я не ждал тебя.

— Я… я вижу.

Что же теперь делать? Как выйти с достоинством из этой ситуации?

— Я просто решила заехать завезти вам букет цветов по пути домой.

— Ерунда! — Генри распахнул перед ней дверь. — Ты не можешь вот так просто взять и уйти. Заходи, заходи.

Он взял Сэмми за руку и буквально втащил внутрь.

— Я не хочу портить вам вечер, — возражала она.