«Я бы хотела обсудить с тобой этот вопрос сразу по возвращении из Чикаго на следующей неделе».

Чикаго?

Через несколько секунд Ник понял, что делает Сэмми в Чикаго. И как это он мог забыть о международной выставке? Конечно же, она полетела туда.

Но Чикаго и Сэмми? Сельская девчонка из-под Стиллуотера, штат Оклахома?

Подумав еще немного, Ник успокоился. Дж. В. и Стив наверняка объяснят ей, что к чему. И все равно Ник знал, что будет беспокоиться о Сэмми, пока она не вернется. И почему она ничего не сказала ему о поездке?

Прежде чем усесться за стол, Ник зашел в технологический отдел.

— Дарла, пометьте себе где-нибудь, чтобы Сэмми зашла ко мне в кабинет, как только вернется из Чикаго.

— Хорошо, Ник.

— Кстати о Сэмми. Интересно, она помнит, что должна проверить новую наладочную машину?

Ник медленно повернулся в ту сторону, откуда звучал ворчливый низкий голос.

— Сэмми не сообщает мне, что она помнит, а что нет, Дж. В., — ответила Дарла. — Так же, впрочем, как и все остальные.

— Что вы здесь делаете? — резко спросил Ник.

Дж. В. выглядел оскорбленным.

— А где еще, по-вашему, я должен быть?

Спокойно, Эллиот, спокойно!

— Извините. Просто я думал, что вы сейчас в Чикаго вместе с Сэмми.

— Нет. Мы со Стивом ездили на выставку в Лос-Анджелес. К тому же, — саркастически добавил Дж. В., — в последнее время мы закупили столько оборудования, что я уж и не знаю, что нового нам могут показать в Чикаго.

Ник удивленно поднял брови.

— Что вы имеете в виду?

Дж. В. сделал паузу, затем пожал плечами.

— Да в общем, ничего. Все, что порекомендовала Сэмми, работает прекрасно. К тому же она уже взрослая девочка. И ей вовсе не нужны мы со Стивом, чтобы водить ее за ручку по Чикаго. Наоборот, мы бы только путались у нее под ногами.

Слова Дж. В. вовсе не убедили Ника, но он решил закончить на этом разговор. Выставка открылась сегодня утром и продлится до четверга. Сэмми вернется в пятницу. Всего неделя. Он постарается не волноваться.

Но вечером, когда Ник заехал к Генри, чтобы обсудить систему «Теодолит», он все еще чувствовал беспокойство при мысли о том, что Сэмми сейчас одна в Чикаго. Ник подозревал, что его забота была связана не только с тем, что он волновался за Сэмми, — множество женщин путешествуют по всему земному шару одни, без мужчин, которые могли бы о них позаботиться, — но и с тем, что он просто-напросто скучал по ней. Однако Нику так не хотелось признаваться себе в этом, что он старался гнать от себя подобные мысли.

— Что ты здесь делаешь? — удивился Генри, увидев сына.

Перемирие, видимо, закончилось. В голосе отца слышалась прежняя враждебность. А ведь Ник еще не успел даже переступить порог его дома.

— Я ведь говорил тебе, что скоро заеду, чтобы обсудить новое оборудование.

— Да, ты говорил мне. — Генри отступил, чтобы Ник мог войти. — Но, когда ты не приехал в эти выходные, я решил, что не увижу тебя целую неделю. Почему ты не в Чикаго?

Именно там Нику сейчас хотелось бы быть больше всего на свете, но он не стал сообщать об этом отцу.

— А разве не за это мы платим Сэмми? — спросил он вместо этого.

— Ты хочешь сказать, что послал ее одну в этот вертеп?

— Я никуда ее не посылал. Я вообще не знал, что она уехала, пока не обнаружил это сегодня утром.

— А кто же поехал вместе с ней? Я никогда не отпустил бы Сэмми одну.

Снова нападки на его стиль руководства!

— Сэмми — большая девочка, Генри.