|
На полу играли двое ребятишек, за которыми настороженно наблюдал старый пес, разлегшийся в углу. Никто ничего не готовил, так что на ужин рассчитывать не приходилось. Кэлину показалось неуместным интересоваться Чарой, поэтому он спросил, где Колл Джас. — Вождь ушел в Западные Холмы, — ответил один из мужчин. — Вернется через день-два. Юноша не выдержал: — А его дочь? — Она и Бал ушли вместе с отцом. Новость поразила Кэлина, как удар обухом топора. Досадно было уже то, что Чара предоставила его самому себе, так надо же, она, оказывается, вообще отправилась куда-то на несколько дней! Не попрощавшись, не сказав вообще ни слова. Кэлин помрачнел. Что ж, если ей нет до него никакого дела, то он тоже уйдет. И пусть провалятся сквозь землю и она, и все эти «черные» риганты. Словно из тумана до него донесся голос мужчины: — А ты хорошо дрался, южанин. Видно, старик Гримо немало с тобой поработал. Кэлин кивнул: — Вы знаете моего дядю? Горец ухмыльнулся: — Здесь, парень, все знают твоего дядю Жэма. Он вырос в наших краях. Он один из нас. А правда, что Гримо побил варлийского чемпиона Чайна Шаду?. — Нет, не Чайна, другого. Да, бой был еще тот. — От Гримо другого и ждать нечего. Хочешь поесть? — Мне нужны продукты в дорогу. — Уходишь? В такую погоду? — А что мне тут делать? Горец покачал головой: — Да, странные эти люди, южане. Он тяжело поднялся и отошел к кладовой, где хранились запасы пищи. — Мне придется позаимствовать у вас плащ и мешок, — сказал Кэлин. — Верну со следующей данью. — Будь осторожен, тут полно медведей, — предупредил горец. — Пистолеты в такую бурю бесполезны. — Запомню. — Вождю что-нибудь передать? — Все, что нужно, я уже сказал. * * *Повязав капюшон взятым взаймы шарфом, Кэлин медленно спускался по перевалу. Ворота частокола оказались закрытыми, но вышедший из-под наспех сколоченного навеса часовой открыв их, завидев гостя с юга. — Держись подальше от медведей, — с усмешкой напутствовал он безрассудного южанина. Кэлин не ответил, а лишь еще больше втянул голову в плечи и ступил на тропинку. Дождь безжалостно хлестал по спине. Чара, наверное, уже всему клану рассказала о его встрече с медведем. Что ж, еще одна причина избавиться от веснушчатой соблазнительницы. Дорога круто уходила вниз, и Кэлин дважды поскальзывался и падал, причем во второй раз проехался по камням с добрый десяток ярдов. Подсохшая было рана намокла и болела. Он пытался натянуть капюшон поглубже и закрыть лицо от дождя, но мешал ветер. Через час Кэлин промок до нитки и отчаянно замерз. Даже летом ночи в горах превращались в тяжкое испытание для путешественника. Он шел и шел, трясясь от холода. Молния зигзагом прочертила темное, беззвездное небо, и вслед за ней громыхнул гром, да такой, что даже земля задрожала под ногами. Злость снова всколыхнулась, придав сил и подтолкнув вперед. К счастью, дорога была только одна, и Кэлин не сходил с нее. Будь здесь несколько тропинок или разветвлений, он бы определенно сбился с пути и заблудился. Снова и снова юноша повторял себе, что поступил опрометчиво и глупо. Раз уж Чара и ее отец ушли на несколько дней, разумнее было бы остаться в доме и, преспокойно дождавшись окончания бури, отправиться домой на рассвете. Нет, упрямо твердил внутренний голос, лучше держаться от них подальше. И да постигнет чума Колла Джаса и его семейку! Однако, несмотря на столь мрачные мысли, Кэлин вновь и вновь вспоминал прогулку с Чарой, радостное чувство, которое переполняло его, когда она шла рядом. |
