На Найнив стали оборачиваться слуги, кидая полные любопытства взгляды. Она побежала бы следом за этой дурочкой, только вот побоялась, что та приведет ее прямиком к Зайде и остальным. И наверняка тут же выложит, что отправляется в Башню, что Найнив ей пообещала. О Свет, да она наверняка и без того все им расскажет!

– У тебя такой вид, будто ты проглотила гнилую сливу, – сказал Лан, появляясь рядом с Найнив, высокий и мрачно-красивый в своей хорошо подогнанной зеленой куртке. Казалось невероятным, что этот крупный, внушительный мужчина может стоять столь неподвижно, что его никто не замечает, даже когда на нем нет плаща Стража.

– Угу, целую корзину, – пробормотала Найнив, прижимаясь лицом к широкой груди мужа. Было очень приятно опереться на его силу, хотя бы ненадолго, пока он нежно гладит ее по волосам. Даже если для этого пришлось отодвинуть от своих ребер рукоять меча. А если кому охота глазеть на то, что они не скрывают своей любви, ну и ладно! Найнив видела мысленно, как громоздится беда на беду. Даже если она скажет Зайде и ее компании, что и в мыслях не имела куда-то уводить Талаан, они спустят с нее шкуру. И на этот раз от Лана ничего не скроешь. Хорошо, один раз удалось скрыть. Об этом узнают Реанне и ее товарки. И Алис! И они начнут обращаться с ней, как с Мерилилль, игнорировать приказы, выказывая ей не больше уважения, чем Ищущие Ветер – Талаан. Каким-то образом на ее плечи свалили и присмотр за Аливией, что может обернуться еще одной катастрофой, еще одним унижением. Кажется, это все, на что она способна в последнее время, – нарываться на унижения. И каждыйчетвертый день ей придется встречаться с Зайдой и Ищущими Ветер.

– Ты помнишь, как вчера утром удержал меня в наших покоях? – пробормотала Найнив, подняв глаза и заметив улыбку на его лице, явившуюся на смену тревоге. Конечно, он помнил. Лицо ее жарко запылало. Болтать с подругами – это одно, но вести себя развязно с мужем – для нее это все-таки до сих пор нечто другое. – Так вот, я хочу, чтобы ты прямо сейчас увел меня туда и не давал одеться целый год! – Поначалу это бесило ее не на шутку. Но он сумел сделать так, что беситься она перестала.

Лан запрокинул голову и рассмеялся, громко, раскатисто, и через секунду засмеялась и она. Хотя ей хотелось зарыдать. И вообще она не шутила.

Поскольку Найнив была замужем, ей не приходилось делить кровать с другой женщиной, а то и с двумя, к тому же, кроме спальни, им с мужем досталась еще и гостиная. Комнатка была небольшой, но уютной, с добротным камином, в ней был маленький стол и четыре стула. Большего им с Ланом и не требовалось. Однако, едва они переступили порог гостиной, надежды Найнив на уединение рухнули. В центре комнаты, застеленной цветастым ковром, ожидала главная горничная – величественная, как сама королева, столь аккуратно выглядевшая, словно только что переоделась в свежевыглаженный наряд. Однако при всем желании нельзя было сказать, что вид у нее довольный. А в углу комнаты обнаружился неуклюжий малый – в груботканой одежде, с жуткой бородавкой на носу и с тяжелой котомкой на плече.

– Этот человек утверждает, будто принес что-то, срочно вам необходимое, – сказала госпожа Харфор, едва успев приветствовать Найнив реверансом. Хоть и вежливым, как положено, но быстрым; главная горничная не желала тратить время, оказывая знаки уважения кому бы то ни было, кроме Илэйн. В голосе ее сквозило неодобрение по отношению как к Найнив, так и к обладателю бородавки. – Не премину заметить вам, что мне не нравятся подобные типы.

Для уставшей до изнеможения Найнив обнять Источник было выше ее сил, но она справилась мгновенно – ее подстегнули мысли об убийцах и Свет знает о чем еще. Должно быть, Лан заметил пробежавшую по ее лицу тень, потому что шагнул к незнакомцу. К мечу Лан не прикоснулся, но разом преобразился, как будто уже обнажил оружие.