«У моего отца здесь дом. Кроме того, я изучаю юриспруденцию в Кёльне. А в следующем году я на целый семестр еду в Бостон, в Юридический колледж».

Он явно горд. Малыш. Или он с самого начала хочет дать понять, что мне нечего рассчитывать на длительные отношения, потому что он так и так уедет.

То, что он изучает право, мне несколько мешает. Напоминает о Филиппе, юристе, которому я доверяла до сегодняшнего утра.

Ах, если бы я могла видеть себя сейчас. Субботним вечером в «Занзибаре» за лучшим столиком. Свободная. Флиртующая с молодым человеком, который чуть не на двадцать лет моложе Филиппа и чье имя здесь известно.

В какой-то миг я так сильно пожелала, чтобы Филипп вдруг возник из небытия, что почти поверила, что действительно вижу его. Вот он подходит к нашему столику. Прядь волос падает на лоб. На нем белая рубашка и стираные джинсы. Таким я больше всего люблю его в летние вечера. В его руке пурпурно-красная роза на длинном стебле, которая стоит по меньшей мере семь с половиной марок. Он смотрит сверху вниз на испуганного Оливера и говорит: «Неплохая попытка, малыш. А теперь пойди поиграй в песочек».

Оливер вскакивает, бурчит что-то вроде «собственно говоря, это мой стол» и пытается удалиться, по возможности сохраняя достоинство.

«Куколка, любовь моя, – Филипп берет мою руку, и я закрываю глаза, как это делают все дивы, когда хотят изобразить неприступность, – пожалуйста, выслушай меня, позволь мне все объяснить».

«И что ты скажешь? Что все не так, как выглядит? Ах, Филипп, избавь себя и меня от глупых сцен».

«Куколка, прошу тебя. Послушай. Дай мне две минуты. И если после этого ты отвергнешь мое предложение руки и сердца, в моей жизни больше не будет счастья».

И потом он две минуты объясняет мне то, чего даже я, при всей моей богатой фантазии, не в состоянии объяснить. Он склоняется ниже, протягивает мне розу и говорит сквозь слезы: «Хочешь стать моей женой?»

Я, тоже конечно сквозь слезы, говорю: «Да, хочу».

Раздаются аплодисменты, гости «Занзибара» поднимают бокалы, а Герберт спустя пару дней привинчивает к столику дощечку: «Постоянное место Куколки фон Бюлов».

__________

Почему моя жизнь не может быть похожа на любимые фильмы? Те, например, где все кончается хорошо?

«Эй, Саския?»

«Ээээээ?»

Чуть не забыла о своем новом имени и о малыше.

«Извини, ушла в свои мысли. Ты учишься в Кёльне? Кёльн красивый город. Довольно далеко от Силта. Стоит ездить так далеко ради уикенда»?

Мой хороший, как я ненавижу эту болтовню, мешающую добраться до сути – до бывших подружек, сексуальных фантазий и т. д.

«Стоит. Обычно я летаю самолетом».

«Летаешь в Силт из Кёльна?»

«У моего отца самолет, которым я могу пользоваться».

Ничего себе мальчик. Другие щедрые отцы одалживают своим сыновьям на субботний вечер свой четырехдверный фольксваген «Гольф».

«Ты сам летаешь?» Я постаралась спросить как бы между прочим, незаинтересовано.

«Нет. У нас два пилота, они всегда stand by».

Мы помолчали, и я испугалась, что уже все сказано, о чем хотелось.

«Сколько тебе лет»? – Я попыталась начать сначала.

«Двадцать четыре. А тебе?»

Хорошенькое дело! Почти на десять лет младше меня! Значит, как правило, он спит с девочками, которым нет и двадцати. Нет и двадцати! Они мне в дочери годятся. У них твердые попки, нежная кожа и ни единой складочки на бедрах. Как назвать секс с женщиной, у которой целлюлит? Плаваньем по волнам. Очень весело.

С другой стороны: у меня есть опыт. Точно. По моим подсчетам я переспала по меньшей мере с двадцатью тремя мужчинами.