|
От меня или из газет. Believe me (верь мне): я не гожусь на роль возлюбленной. Я хочу всего. И это было ясно с самого начала. Я требую открытого признания. Это все, что я хотела тебе сказать. Бай, милый (Honey)».
Бай, бай. Теперь эта стерва осуществила свою угрозу. Поставила меня и Филиппа перед фактом, опубликовав свое признание в утренней газете.
А если бы я не прослушала его голосовую почту? Было бы все по-другому? Или причиной драмы стала моя драматическая реакция? Что, если бы я сохранила спокойствие и потребовала от него объяснений? Могла бы я, изменив тактику, изменить судьбу?
Не знаю. Собственно, я всегда считала, что благодаря тактике окольного пути человек приходит как раз туда, куда и без всякой тактики – но только быстрее – он так или иначе пришел бы. А сохранять спокойствие – это не по мне. Ни – когда речь идет обо мне, ни – когда о моей любви.
Вопрос действовать или нет, больше не стоит. Слишком поздно. Я ведь не сражалась. И все потеряла.
Филипп ничего не знал о сообщении. Об ультиматуме своей возлюбленной. О надвигающейся беде. Филипп фон Бюлов воображал, что он в приятной безопасности. Шведская модель в качестве возлюбленной по будням и курьезная, потому что такая чертовски естественная, куколка по выходным. И еще иногда ужинать одновременно с обеими для особо эротического кайфа. Фу, Филипп фон Бюлов!
Как нарочно я проезжаю мимо поворота на «Сердечный трепет».
И сердце мое разбивается. Хотя оно уже разбилось давно.
Ну, я вам устрою! Потому что Амелия куколка Штурм уже недалеко от Берлина. Она в гневе. И она абсолютно готова выставить и вас и себя на посмешище перед семью миллионами телезрителей. Потому что – как ранить вас больнее, чем опозорить в глазах себе подобных. Вы, элитные задавака. Писюшки. Вы, хвастливые ничтожества. Вы, телешуты. Вы, самовлюбленные отъевшиеся хари.
Я никогда не принадлежала к этому кругу. Всегда была слишком толстой, слишком маленькой, слишком незначительной, слишком милой. Я не потеряла лица – но приобрела самоуважение. Я стану лучше спать, если вы от стыда потеряете сон. У меня нет еще никакого конкретного плана, но будьте бдительны. Трепещите! Эту церемонию награждения вы не забудете никогда!
Чуть не забыла о самом главном: что я сама надену? Как мне пройти без приглашения мимо охранников? И успею ли я на награждение вовремя?
Радио 105,5 сообщает о происходящем на красной ковровой дорожке перед залом на площади Жандармплац:
«На присуждение премии Бэмби в Берлин прибыли такие звезды, как Том Круз, Анжелина Джоули и Робби Уильямс. Вот, дорогие слушатели, подходит Фрауке Лудовиг, ведущая сегодняшнего вечера… Привет, Фрауке. Как вы чувствуете себя перед вашим выступлением?»
«Спасибо. Хорошо».
«Это была Фрауке Лудовиг на волне радио 105,5. А вот в своем откровенном платье появилась Бенте Йохансон. Это скандальная звезда вечера. Номинация ее программы «Овуляция твоей жизни» вызвала жаркие дебаты и даже угрозы бойкота. Кроме того, сегодня Бенте придала огласке свои любовные отношения с адвокатом… Добрый вечер, фрау Йохансон! Как вы оцениваете ваши шансы завоевать премию Бэмби?»
«Я уверена, потому что моя команда и я очень много работали».
«Ваш новый друг тоже здесь?»
«Конечно. Он желает мне успеха».
«Спасибо, фрау Йохансон. А теперь вернемся ненадолго в студию».
Что ты на это скажешь, мой Бюлов-медвежонок: «знаменитый берлинский адвокат», «новый друг». Со мной – ты бы блистал, с ней потеряешь свое имя. Мои соболезнования, солнышко, держи себя в рамках.
Знакомо тебе состояние, когда ничто из того, что ты любишь, что делает тебя счастливым, что ты считаешь красивым, не доходит до тебя, не утешает? Желтые поля рапса рядом с дорогой выглядят как модное украшение в глубоком голубом декольте неба. |