В конце концов Рената заговорила сама.

— Тебе никогда не бывает со мной скучно по вечерам? В ее вопросе не слышалось недовольства, она будто спрашивала: «Который час?» или «Будем смотреть новости?»

— Нет, — искренне ответил Фрэнк. — Я вовсе не скучаю. Я бы сказал, отдыхаю душой.

— Это хорошо, — обрадовалась она. — Ты такой хороший муж, и я иногда жалею, что во мне маловато живости и огня.

— Боже, этого мне на работе хватает — хоть отбавляй! Вот там действительно все «горит». Нет, ты хороша такая, какая есть.

И он кивнул самому себе, как бы соглашаясь с тем, что сказал. Он не хотел менять ее на другую модель, на более эффектную и шикарную марку.

Прошло несколько недель, от Джой не было ни слова, подготовка к расширению компании шла своим чередом. Карло сказал, что Джой Ист уделяет этим планам пристальное внимание, но согласится ли она ехать на север — об этом можно только гадать.

— Не давите на нее, — посоветовал Фрэнк. — Она согласится, просто ей нужно время.

Ему хотелось надеяться, что так оно и есть. Она добилась своего — он стал нервничать.

Пришло красивое приглашение на серебряную свадьбу — от Десмонда и Дейрдры Дойлов. Он мрачно посмотрел на него. Через десять лет они с Ренатой, может быть, тоже будут рассылать нечто подобное. Но у него уже не было уверенности.

Что Десмонду праздновать? — недоумевал он. С самого начала все у него шло наперекосяк. Все подозревали, что Дейрдра беременна и что только из-за этого они и женятся (все, правда, оказалось не так). В Дублине его вечно шпыняли эти ужасные О'Хаганы. Карьера в «Палаццо» не удалась. С детьми тоже проблемы. Старшая вроде бы живет с каким-то безработным актеришкой. Их парень, Брендан, все бросил и уехал в Мейо — другого места не нашел! И Хелен… Монашка, очень своеобразная, трудная девушка. Фрэнк не любил думать о Хелен Дойл, которая возникла в его жизни дважды и оба раза принесла с собой беду.

Да, у Дойлов мало причин для праздника. Может быть, потому они и затеяли этот юбилей.

Вот уж неожиданное приглашение.

Но приглашение, которое ждало его дома, было подобно грому среди ясного неба.

— Джой Ист пригласила нас на ужин, — сообщила Рената. — Говорит, будем только мы втроем: ты, я и она.

— Она сказала, по какому поводу?

— Я у нее спросила, говорит, что хочет с нами поговорить.

— У нее дома?

— Нет, она сказала, что такие вещи надо обсуждать на нейтральной территории.

Рената явно была сбита с толку.

У Фрэнка кровь заледенела в жилах.

— Не понимаю, к чему это ей, — выдавил он.

— Она сказала, что закажет столик в ресторане… Она выяснила у Дианы, что ты не занят, а потом позвонила мне — узнать, свободна ли я.

— Да. Понятно.

— Ты что, не хочешь идти? — Казалось, Рената разочарована.

— Джой последнее время ведет себя очень странно, думаю, это беременность на нее так действует, а тут еще перевод на другое место… Она, правда, до сих пор не сказала ни да, ни нет. Нельзя ли как-нибудь от нее отделаться, как ты думаешь?

— Выйдет очень некрасиво… Но мне казалось, она тебе нравится, — смущенно добавила Рената.

— Нравится, о чем речь, не в этом дело. Она стала немножко неуравновешенная. Ладно, я сам все улажу.

— Она просила позвонить.

У Ренаты было чужое, отстраненное лицо.

— Хорошо. Мне все равно сейчас нужно съездить по делу. По пути позвоню.

Фрэнк сел в машину и поехал домой к Джой. Он звонил в звонок, стучал — все без толку.