Ромул подошел на несколько шагов, и Шейд инстинктивно пригнул голову, оскалился и зашипел.

Ромул в тревоге отскочил назад.

— Я не собираюсь вас есть! — негодующе прошептал он. — Вы ведь об этом подумали?

— Нам так показалось, — пробормотала Марина.

— Зачем вы забрали нас? — спросил Шейд и оглянулся на камень, за которым ждала стража, чтобы отвести их в дренажный колодец.

— Не беспокойся о них, — сказал ему Ромул. — Отсюда ничего не слышно. И они не посмеют мешать мне. — Он помолчал. — Я знаю, что вы не шпионы, и знаю, почему вы оказались здесь. За вами охотятся.

— Как вы это узнали? — удивилась Марина.

— Я видел двух летучих мышей, которые преследовали вас. Я был на окраине города, когда вы пролезли сквозь решетку. Не всю свою жизнь я провел здесь. — Он движением лапы обвел темную камеру. — Но, скажу я вам, прежде чем случилось такое волнующее событие, прошло немало времени. Я и не надеялся, что мне представится случай увидеть вас так близко.

— О чем вы? — спросил Шейд.

— Летучие мыши. Я видел их несколько раз, но только издалека. — Его голос возбужденно дрожал. — У меня особый интерес к летучим мышам, и… можно посмотреть ваши крылья?

Шейд подумал, что Ромул и правда не в своем уме.

— Я не двинусь с места, обещаю.

Шейд с сомнением посмотрел на Марину. Он не понимал, зачем Ромул хочет посмотреть крылья, но глаза узника горели таким наивным и простодушным любопытством, что Шейд уступил.

— Хорошо, — сказал он и раскрыл крылья.

Ромул стоял на месте, с напряженным вниманием изучая упругую, туго натянутую кожу крыльев.

— Можете вы поднять их? Да, спасибо… теперь согните их… а… да… — бормотал он себе под нос. Через несколько минут Ромул удовлетворенно кивнул. — Благодарю вас, — сказал он. — Вы не знаете, как это для меня важно. Может быть, вы поймете, если я покажу вам… Смотрите.

Он лег прямо в грязь и растопырил лапы. Шейд ахнул. Несмотря на то что Ромул совершенно определенно был крысой, между задними и передними лапами у него были длинные перепонки — почти из такой же кожи, как крылья летучих мышей. Кроме того, перепонки виднелись между задними ногами и толстым хвостом и даже между шеей и передними лапами.

— Крылья?! — удивленно выдохнул Шейд.

— Вот почему мой брат считает меня уродом, — сказал Ромул. — По его мнению, я не настоящая крыса.

Шейд повернулся к Марине:

— У меня было такое чувство… на плоту я разглядывал стражников и думал, что с крыльями они были бы почти как мы.

— Думаю, мы родственники, — сказал Ромул. — Наверное, миллионы лет назад мы ничем не отличались друг от друга. — Он пошевелил упругими складками кожи между передними и задними лапами. — И думаю, эта утраченная связь случайно проявилась во мне. Я провел много времени наверху, изучая это явление. Конечно, может быть, я ошибаюсь. Это только теория. К тому же не очень популярная при дворе моего брата. Если бы он не считал меня сумасшедшим, я уверен, он бы давно утопил меня. Быть уродом иногда полезно, уверяю вас.

Шейд молчал, пытаясь переварить мысль о том, что они могут быть в родстве с крысами.