Но Брэдфорд помотал головой — он хотел прожить каждую секунду из тех, что ему еще оставались.

— Нет, я хочу быть в сознании, — сказал он. Если уж смерть от утопления станет его последним жизненным опытом, он должен пережить его в полной мере. Он почувствует, как ускоряется биение его сердца, как бьется тело в приливе адреналина. Он боялся, но страх означал, что он все еще жив.

— Тогда пойдемте, — мягко сказал серп. — Мы отправимся на берег все вместе.

Цитру восхищала выдержка, с какой вел себя Роуэн. Вначале, только-только заговорив с мужчиной, он сильно волновался, но быстро взял себя в руки. Он помог человеку совладать со страхом и дал ему утешение. Цитре оставалось только надеяться, что, когда придет ее очередь, она сумеет вести себя так же собранно. Все, что она сделала сегодня, — это усыпила нескольких собак. Ну да, они покусали ее, но это пустяки. Девушка попыталась убедить Фарадея отвезти их в приют, но тот воспротивился. Впрочем, он разрешил ей позвонить в приют, чтобы оттуда приехали и забрали собак. А за телом явился коронер. Серп предложил Цитре отправиться в больницу, чтобы пройти курс ускоренного заживления укусов, но девушка отказалась. Ее собственные наниты залечат раны к утру, и к тому же, решила Цитра, она должна немного пострадать. Мертвый мужчина этого заслуживал.

— Ты здорово держался, — сказала она Роуэну по дороге домой.

— Да уж. Пока меня не стошнило на берегу.

— Но ведь это случилось уже после прополки, — напомнила Цитра. — Ты дал этому человеку силы взглянуть в лицо смерти.

Роуэн пожал плечами:

— Ну наверно…

Его скромность и раздосадовала, и очаровала Цитру.

• • • • • • • • • • • • • • •

У почтенного серпа Сократа, одного из первых серпов, есть стихотворение. Он написал их множество, но это стало моим любимым:

Стихотворение напоминает мне, что, несмотря на наши возвышенные идеалы и многочисленные защитные механизмы, предохраняющие Орден серпов от коррупции и нравственного разложения, мы всегда должны быть начеку. Власть подвержена единственной до сих пор не побежденной инфекции, именуемой «человеческая натура». Мне страшно за всех нас — а что если серпы полюбят дело, которым занимаются?

— Из дневника почтенного серпа Кюри

9

Эсме

Эсме ела слишком много пиццы. Мама твердила ей, что когда-нибудь пицца ее погубит. Эсме и в голову не приходило, что пророчество может сбыться в буквальном смысле.

Атака серпов началась меньше чем через минуту после того, как Эсме получила свой ломтик пиццы — пышущей жаром, прямо из печки. Дело было после школы, тяжелые испытания учебного дня оставили четвероклассницу Эсме абсолютно без сил. Обед у нее был тот еще. Салат из тунца, который мама дала ей с собой, к середине дня потерял свежесть и слегка подкис. Не больно-то аппетитно. Собственно говоря, любую еду, которую ей давали с собой в школу, нельзя было назвать вкусняшкой. Мама пыталась заставить дочку есть здоровую пищу, поскольку у Эсме образовалась проблемка с лишним весом. И хотя можно было запрограммировать ее наниты на ускоренный метаболизм, мама и слышать об этом не хотела, утверждая, что так они избавляются от симптомов, а не от проблемы.

— Нельзя решить все на свете, попросту перепрограммировав наниты, — говорила мама дочери. — Ты должна научиться контролировать себя!

Ладно, контролировать себя Эсме начнет завтра. А сегодня она хочет пиццы.

Ее любимая пиццерия Луиджи располагалась в торговом центре «Галерея Фулькрум-сити», лежащем по дороге из школы домой.