Этой добычей была инквизитор Лигейя. Пятеро из ее культистов смерти были еще живы — Тайци пожертвовал собой, чтобы они смогли спуститься с первого этажа под землю, — но здесь их преследовали десятки людей. Лигейя слышала молитвы и проклятия, солдатские песни, отрывистые приказы, лязг железа по камню, свист обнажаемых мечей.

— Ксианг, Шан, идите вперед. Придется спуститься еще глубже.

Лигейя торопливо шла по длинному низкому коридору с двумя рядами статуй. Лицо каждой фигуры было словно разъедено кислотой. Два культиста смерти длинными грациозными прыжками устремились вперед и, словно призраки, исчезли за поворотом. Остальные плотнее окружили госпожу — Лигейя даже ощутила запах искусственных гормонов, циркулировавших теперь по их венам.

Культисты смерти были обязаны до самой смерти служить Лигейе. Их предназначением было убийство. Сам культ был странным ответвлением имперской церкви, сумевшим ускользнуть от внимания Экклезиархии. Культ проповедовал смерть врагов в качестве жертвоприношения Императору. Культисты смерти предлагали свою помощь любому, кто служил Императору, а поскольку Лигейя однажды освободила культ от демона-паразита, затесавшегося в организацию, ей были навечно предоставлены шестеро лучших членов в качестве охранников. Каждый из них имел комплект искусственных сухожилий и нейроактивируемый инжектор гормонов. Каждый перенес хирургическую операцию усиления мускулов и изменения пищеварительной системы, что позволяло им жить за счет крови, пролитой их жертвами.

Теперь их осталось пятеро. И Лигейя знала, что даже ее культисты смерти не в силах противостоять слишком многочисленной армии Сверхкороля. В конце концов, ее загонят в угол и убьют. Ей ничего не оставалось делать, как только сражаться до конца и смириться с неизбежностью.

Позади Лигейи из-за угла появились отблески факелов.

— Ло! Гао! — позвала она, но двое культистов уже бежали по коридору, не дожидаясь команды.

Гао подпрыгнул, оттолкнулся ногой от головы ближайшей статуи и перевернулся в воздухе. Сверкнуло лезвие, и голова первого преследователя, завернувшего за угол, слетела с плеч. Ло двигалась, пригнувшись к самому полу, и два ее кинжала снизу вверх вонзились в живот второго нападавшего. Оба противника были солдатами личной гвардии Сверхкороля — теми, что в почетном карауле на таррах провожали ее ко дворцу. У каждого в шлеме было прорезано по дюжине глазных отверстий, а их мечи походили на белую кость.

Едва тела успели упасть на пол, за стеной, на грани реальности и варпа раздался пронзительный вопль. Лигейя вытянула вперед руку и позволила значению настенной надписи впитаться в мозг. Где-то позади остался незамеченный барьер, и теперь она направлялась в такое место, где спокойно могли разгуливать создания «Императора» — Повелитель Перемен и Тысячеликий Принц. Таким образом, жители Софано Секундоса поклонялись ужасному смешению религии Империума и Хаоса. Лигейя ощутила, что стены реальности становятся все тоньше.

Она повернула за угол. Сидящий на корточках Шан показал, что путь пока безопасен.

— Здесь очень сильна власть Врага, — сказала Лигейя культистам смерти, когда Гао и Ло догнали всю группу. — Это его территория, я чувствую. Здесь может быть недостаточно вашей силы. Я не думаю, что мы останемся в живых, так что лучше скажу сейчас: вы отлично служили мне, братья и сестры.

Культисты смерти ничего не ответили: они никогда не разговаривали. Но Лигейя знала, что они ее поняли.

Внезапно в стену ударился ливень стрел, и Гао проворно отскочил в сторону. Затем раздались крики; Лигейя позволила смыслу проникнуть в мозг и ощутила ненависть и азарт погони.