Невозмутимо удостоверившись в подлинности моих кредитных бумаг, клерк вежливо осведомился о сумме, которую я желала получить. Задумавшись на мгновение, попросила сотню золотых, причем половину мелочью. Больше просто невозможно таскать с собой, да и эта сумма изрядно утяжелит меня, мешая передвижению. Ничего страшного в этом нет, еще придется расплачиваться за проживание, а это не меньше двадцати монет. Развернувшись, клерк нажал на кнопку, и за его спиной открылась неприметная дверца, где лежали плотные бумажные свертки. Невозмутимо отсчитав нужную сумму, он пересыпал монеты в мешок и, сделав пометку на бумагах, вежливо простился.

Отвесив не менее вежливый поклон, я направилась к выходу. И не было во мне ни капли издевки, только искреннее уважение, которое я испытывала. Здесь и сейчас не было нужды в масках, именно подлинная личность требовалась для магического сличения бумаг, магически на меня закрепленных. А порыв Силы, холодным сквознячком проскользнувший по помещению и отозвавшийся ломотой в висках, выдавал в сидящем за столом человеке по меньшей мере магистра Опознания.

Выйдя из тенистых проулков на солнечную улицу, я недовольно вздохнула. Увесистый мешок сильно оттягивал бок и нещадно мешал рукам. Нет, прав был Мелмор, выступая за бумажные деньги…

Рассеянно кружа по городу, я быстро выявила соглядатая. Если на бульваре среди щеголей в камзолах и бриджах и модниц в корсетах я смотрелась инородным телом и ко мне никто не приближался только из-за того, что на лице лежала высокомерная, неприступная маска спешащего по срочным делам человека… то что говорить о типичном тихаре, от которого за километр несло медной Гильдией купцов? Тут и щуплое телосложение, и бегающий взгляд, и одежда неприметных коричневых тонов, на фоне расфуфыренной молодежи заметные до чрезвычайности!

В любой другой ситуации он казался бы более органичным! Хотя шпик ведь достаточно профессионален, чтобы отводить взгляды прохожих, но я прекрасно разглядела его в витрине модного оружейного магазина.

Кому понадобилось устанавливать такой пригляд за приезжими в первый же день?

Плюнув на слежку, я отправилась в гостиницу. Тело наполняли звенящая бодрость и легкая радость предвкушения.

Рано или поздно все выяснится!

Путешествуя с труппой, я приобрела замечательную привычку мгновенно засыпать в любое время в любом месте, едва только выдастся свободная минутка, не обращая внимания ни на шум, ни на постороннее присутствие. Вот и сейчас, едва вернувшись в номер, я рухнула в постель, не снимая сапог, сразу же проваливаясь в беспокойный сон. Тревожные, смутные видения проносились мимо, не оставляя следа в памяти, причудливым образом смешивались события прошлых лет. Из мутного тумана неожиданно четко проступили черты Арриола, моего верного друга и любовника. Резкое бледное его лицо хмурилось, глубоко запавшие глаза под кустистыми бровями зло блестели. Тонкие губы беззвучно шевелились… я напряглась, прислушиваясь… «Глупая недоучка! Опять недоделала упражнения! Проснись!»

По спине будто хлестнуло раскаленным бичом. Я вскочила, затравленно озираясь. Гром и Молния! Опять покойник во сне! Предупреждение? Я метнулась к окну, где вечерняя заря уже заливала улицы, и замерла, напряженно вслушиваясь в собственные ощущения.