И тут я узнала ее. Это была Элла Лонгридж, сестра человека, которого Ричард хотел вызвать на дуэль.

— О! Да мы уже встречались! — воскликнула она.

— Вы — миссис Лонгридж, я полагаю.

— А вы — новая хозяйка Фар-Фламстеда. Мы встречались с вами на балу…

— Я это хорошо помню. Вы были там вместе с вашим братом, и тогда еще произошел неприятный инцидент.

— Который, к счастью, благополучно разрешился, — сказала она. — А вы прогуливаетесь в одиночку?

— Да. Мой муж уехал по делам службы, я устала сидеть дома, а брать с собой грума мне не захотелось.

— Не хотите ли заглянуть к нам? Брата сейчас нет, но он тоже был бы рад оказать вам гостеприимство.

— Это очень мило с вашей стороны. Я с удовольствием зайду.

Спешившись, я привязала лошадь к коновязи, и мы ВОШЛИ В ДОМ.

Мне сразу бросилась в глаза простота ее серого платья с белым воротником и таким же белым передником. Башмаки ее были грубыми, крепкими, а волосы гладко зачесаны назад.

Мы оказались в просторной кухне, в одном конце которой пылал открытый очаг, а в другом стоял большой обеденный стол со скамьями по бокам и двумя большими креслами в торцах. На полках кухонного стола стояла оловянная посуда, а над очагом был подвешен на цепях большой черный котел, в котором варилось что-то, аппетитно пахнущее, да и вообще запах в кухне стоял соблазнительный.

Я сказала, что удивлена тем, что мы оказались соседями.

— В свое время наши семьи были очень дружны, — сказала Элла Лонгридж, а потом возникли определенные разногласия, и окончательный разрыв, которому вы были свидетельницей, произошел на балу. Раньше мой брат не столь открыто выражал свои взгляды по некоторым вопросам, а ваш муж не терпит никаких точек зрения, отличающихся от его собственной. Очень может быть, что ему не понравилось бы то, что вы сейчас здесь, но, в конце концов, почему бы двум женщинам не встретиться и не поболтать, не обращая внимания на все эти мужские затеи?

Бросив вокруг взгляд, она сказала:

— Вот видите, какой простой образ жизни мы здесь ведем. Мой брат сам управляет делами на ферме, но это не единственное его занятие. Он еще член парламента и пишет труды, посвященные политическим вопросам. Порой я боюсь его несдержанности, он никогда не считается с возможными последствиями своих слов.

Элла Лонгридж не могла не вызывать симпатии, и мысль о том, что она моя ближайшая соседка, подняла мое настроение, поскольку в последнее время я все острее стала сознавать свое одиночество.

Она прошла к очагу и достала оттуда пирожки — румяные и очень аппетитные на вид.

— Мы отведаем их прямо с пылу с жару, а если вы не против, я угощу вас домашним элем.

Она разлила эль из бочонка в оловянные кружки и поставила их на стол, затем выложила на блюдо горячие пирожки.

— Не каждый день мне доводится принимать гостей, — сказала она.

— Мы очень близкие соседи.

— По прямой между нами не более полутора миль, а наша ферма почти граничит с землями Фар-Фламстеда.

— А вы уже давно здесь живете? — спросила я, отхлебывая превосходный эль.

— Всю жизнь. В Лондоне у нас есть резиденция, которой Люк пользовался, когда был членом парламента. Он надеется, что нынешнее положение дел изменится, и вместе с друзьями старается этому помочь. Но мы-то выросли на земле, всегда занимались выращиванием скота, и временами мне кажется, что ему бы лучше не вмешиваться в политику. Сейчас это может стать просто опасным.

— Мы в Корнуолле были очень далеки от всего этого.

— Люк считает, что буря, которая вскоре разразится, накроет всю страну, вплоть до самых дальних ее уголков.