— Не было ли вестей из Тристан Прайори? — поинтересовалась я.

Она покачала головой:

— Вряд ли можно было их ожидать. Ведь вы только что приехали.

— Я подумала, что известия могли и обогнать нас.

Карлотта вновь покачала головой.

— Как Берсаба чувствовала себя в момент вашего отъезда?

— Очень плохо.

— Некоторые выздоравливают, — утешила Карлотта, — не стоит предаваться мрачному настроению. А где твои наряды?

— Мэб все развесила в шкафу.

Карлотта просмотрела одежду и тяжело вздохнула.

— Тебе не нравится?

— Они немножко старомодны. Здесь тебе понадобится кое-что поновей.

— Но у меня нет других платьев.

— Это поправимо. Я заранее предполагала, что так и будет, и приняла меры. Анна уже раскроила новое платье. Нужно только сделать примерку, и к завтрашнему дню оно будет готово. Мы съездим с тобой в Лондон и купим тебе кое-какие безделушки — веер, мушки, губную помаду, пудру…

— Мушки и пудру?!

— Нужно же как-то прикрыть твой деревенский румянец. Ты выглядишь довольно неотесанной.

— Но… но я ведь такая и есть, верно?

— Вот именно. Поэтому нам и придется хорошенько поработать над тобой.

Карлотта села в кресло и, взглянув на меня, рассмеялась.

— Ты, кажется, озадачена. Да ведь ты приехала в Лондон, в весьма изысканное общество. Уверяю тебя, оно несколько отличается от корнуоллского.

— Я все понимаю. Возможно…

— Что, возможно?

— Поскольку я для него не гожусь, мне, наверное, лучше вернуться домой?

— Мы сделаем так, что все будет в порядке. Это только вопрос времени. Да и вернуться ты не можешь. Твоя сестра больна. Именно поэтому ты и оказалась здесь. Я сомневаюсь в том, что при каких-то других обстоятельствах твоя мать решилась бы отпустить тебя.

Карлотта вновь рассмеялась, а я холодно заметила:

— Похоже, я развлекаю тебя.

— Ну конечно! А скоро ты и сама над собой посмеешься. Через месяц я напомню тебе о том, как ты выглядела в первый день, и ты будешь хохотать как сумасшедшая.

— Мне очень жаль, что я доставляю такие хлопоты.

— Не стоит благодарности, все уладится. Здесь быстро взрослеешь, в этом вся суть. Ты слишком неопытна для твоего возраста.

— Мне еще нет и восемнадцати.

— Но восемнадцать лет в вашем имении и восемнадцать лет в светском обществе — это две разные вещи. Ты сама увидишь.

— А где твоя мать?

— Сейчас она уехала с визитом. Она очень обрадуется, увидев тебя. Она всегда мечтала сделать что-нибудь для дочерей Тамсин, ведь ей жаль девушек, обреченных жить в такой глуши.

— А твой муж?

— Джервис сейчас при дворе. У нас есть резиденция рядом с Уайтхоллом, и мне часто приходится бывать там. Да и отсюда недалеко до Уайтхолла, так что мы живем не совсем сельской жизнью.

— А ты счастлива в браке?

— В жизни и так много интересного, — ответила Карлотта.

— Разве это то же самое, что быть счастливой?

— Уверяю тебя, моя милая деревенская мышка, в этом-то и состоит все удовольствие.

Мне стало не по себе. Я не любила, когда меня ставили в тупик. С этой ситуацией Берсаба справилась бы лучше меня. Ах, как мне ее недоставало! Я все больше и больше сознавала, что в минуты растерянности привыкла обращаться за помощью к ней.