Изменить размер шрифта - +

   - Миллиард людей находится в  состоянии  военного  действия,  пятьдесят
миллионов мужчин дерутся на фронтах. Они организованы  и  вооружены.  Пока
они представляют собою два враждебных коллектива. Но им ничто не мешает  в
один прекрасный день прекратить стрельбу и соединиться. И это будет тогда,
когда какой-нибудь человек скажет тому  пятидесятимиллионному  коллективу:
"Болваны, стреляете не  по  той  цели".  Война  должна  кончиться  бунтом,
революцией, мировым  пожаром.  Штыки  обратятся  внутрь  стран.  Коллектив
окажется  хозяином  жизни.  На  трон  посадят  нищего  в  гноище   и   ему
преклонятся. Пусть будет так. Но тем  более  у  меня  развязаны  руки  для
борьбы. Там - закон масс, здесь - закон личности, обнаженной  личности  на
полном  дыхании.  Вы  -  социализм,  а  мы  -  закон  джунглей,  а  мы   -
организованную железной дисциплиной священную анархию.
   У Елизаветы Киевны безумно билось сердце.  Это  были  именно  те  самые
"бездны", о которых она мечтала когда-то на квартире у Телегина. Но уже не
веселенькие  шуточки   в   виде   двенадцати   пунктов   "самопровокации",
вывешиваемых на Лизиной двери телегинскими жильцами... Сейчас, в сумерках,
мимо окон ходил человек, действительно страшный, как пума в клетке.  Он  и
разговаривал только оттого, что был  не  на  свободе.  Вслушиваясь  в  его
слова, Елизавета Киевна чувствовала, почти видела какую-то бешеную  скачку
коней, - степи, зарева... Она почти слышала крики, шум битвы,  смертельные
вопли, степные песни.



25

   Среди всеобщего уныния и безнадежных ожиданий в начале зимы 16-го  года
русские  войска,  прорывая  глубокие  туннели  в  снегах,  карабкаясь   по
обледенелым скалам, неожиданно взяли штурмом крепость Эрзерум. Это было  в
то время, когда англичане терпели военные  неудачи  в  Месопотамии  и  под
Константинополем, когда на западном фронте шла  упорная  борьба  за  домик
паромщика на  Изере,  когда  отвоевание  нескольких  метров  земли,  густо
политой кровью, уже считалось победой, о которой по всему свету  торопливо
бормотала Эйфелева башня.
   На австрийском фронте русские армии, под командой  генерала  Брусилова,
так же неожиданно перешли в решительное наступление.
   Произошел  международный  переполох.  В  Англии   выпустили   книгу   о
загадочной русской душе. Действительно, противно логическому смыслу, после
полутора лет войны,  разгрома,  потери  восемнадцати  губерний,  всеобщего
упадка духа, хозяйственного разорения и политического развала Россия снова
устремилась в наступление  по  всему  своему  трехтысячеверстному  фронту.
Поднялась обратная волна свежей и точно неистощенной силы.
   Сотнями тысяч потянулись пленные в глубь России.  Австрии  был  нанесен
смертельный удар, после которого она через два года  легко,  как  глиняный
горшок,  развалилась  на  части.  Германия  тайно  предлагала  мир.
Быстрый переход