Его глаза блеснули.

– Было время, когда он подпал под ее чары, – ответил Карл. – Впрочем, я не стану сплетничать. Оба они были очень молоды. Он, без сомнения, давно забыл о ней.

– Наверное, – согласилась Мэдлин. – Когда я думаю о тех, кем была очарована несколько лет тому назад, я с трудом вспоминаю, какое лицо какому имени соответствует.

– Мы ведь порой совершаем глупости, когда мы молоды, не так ли? – проговорил он, открывая дверь в оранжерею и вводя туда Мэдлин. – Бэкворт совершенно обезумел, когда Дора вышла за Джона Драммонда и уехала с ним отсюда. Он, кажется, решил, что против него устроили заговор. Ему удалось поставить мне синяк под глазом и сломать мне нос. Он сделал бы то же самое со старшими братьями Джона, если бы у него хватило ума не подраться сразу с обоими. Юношеская глупость! – И он весело рассмеялся.

– Боже мой! – воскликнула Мэдлин. – Вы говорите серьезно, сэр? Зачем ему это понадобилось?

– Разве вы не знаете, какая необузданность присуща Бэкворту? – осведомился Карл. Голос его звучал насмешливо. – Впрочем, это было много лет тому назад. Я уверен, что он давно уже научился обуздывать свои порывы. И я думаю, он считал, что его на это спровоцировали. Кажется, он думал, что… Ну, оставим это. Это старая история, и я должен заботиться о репутации своей сестры. Кроме того, вы только что стали женой Бэкворта. Не хочу сплетничать. Уверен, что его новая привязанность далеко превосходит старую. Рассказал же я вам об этом только потому, что все это произошло очень давно, а вы кажетесь мне дамой, обладающей чувством юмора. Давайте переменим тему. У нас есть садовник, который вкладывает в оранжерею всю страсть. Мне кажется, результаты превосходные, не так ли?

– Да, действительно, – согласилась Мэдлин.

В этот момент дверь в оранжерею растворилась, чтобы впустить обоих Трентонов.

– Щенки выросли, – сообщила Генриетта, – какая жалость. Я-то думала, что они останутся такими крохотными. Когда мы шли мимо дома, оттуда вышел лакей и сказал, что чай подадут к вашему возвращению.

Карл улыбнулся:

– Должно быть, домоправительница увидела, что у меня гости. Сударыня! – Он предложил Мэдлин опереться на свою руку. – Могу я проводить вас в дом?

– Я, видите ли, не собиралась оставаться здесь надолго, – ответила Мэдлин. – Муж ждет меня.

– Ах, – отозвался Карл, – вы нетерпеливы, как любая новобрачная. Может оказаться, что ваш муж так поглощен делами, что даже не заметит вашего отсутствия. Хотя, если так, это будет очень глупо с его стороны. Полчаса, сударыня?

Она колебалась.

– Ну ладно, полчаса, – сказала она, чувствуя себя кем-то вроде ребенка, которого втянули в какое-то запретное занятие.

Когда во время чаепития в разговоре настала короткая пауза, Карл сказал, обращаясь к Мэдлин:

– Кажется, мои племянники и племянница встретили вчера вашего мужа.

– А, так вот кто это был! – отозвалась она. – Он вернулся домой совершенно мокрый после того, как достал из ручья детский мячик.

– У Патрика вместе с мячиком появился новый герой, – продолжал Карл. – Сильвия беспокоится только о том, что Бэкворт может умереть от простуды. Могу ли я успокоить ее, что он не умер?

– Ах, конечно! – засмеялась Мэдлин. – Все потери ограничиваются парой испорченных сапог.

– Миссис Драммонд заходила к маме на днях, – сказала Генриетта. – Какой у нее очаровательный младенец. У него мягкие белокурые локоны, такие же как и у среднего брата, и у сестры. Только старший брат не похож на них. Вы знаете, просто трудно себе представить, что он родился от тех же родителей, что и остальные.