— Да, понимаю. Ваш предок был или охотник, или дорожный агент. Что было дальше?

— Ну, как эта история дошла до нас, однажды один человек зашел в его коттедж — и я думаю, что тот коттедж не слишком отличался от моего.

— Замечательный дом, кстати.

— Вы так думаете? Вы очень добры. Я в таком родилась, знаете ли, так что это тоже семейная традиция, и, более того, вот этот я построила сама, своими руками, так что в какой-то степени я им горжусь.

— Да, понял, — сказал Пиро. — Но, пожалуйста, продолжайте, — сказал он, не желая подробно объяснять то, что он только что сказал.

— Итак, согласно традиции, — продолжила Тсира, — в один день в коттедж вошел человек.

— И когда это было?

— Во время Десятого Правления Иссолы.

— Замечательно, — сказал Пиро, который почти совсем не знал историю, так что эти слова не сказали ему ничего.

— Итак, однажды во время Десятого Правления Иссолы в коттедж вошел человек, который шел к Воротам Смерти, чтобы принести некоторые жертвы и помолиться, а также пообщаться с духами, которые, как говорят, появляются там.

— То есть он был Атира?

— Точно.

— Очень хорошо.

— Так получилось, что он и мой предок заключили сделку.

— А, он купил благовония?

— Нет, тем не менее ему пришлось расстаться со своим кошельком.

— Но тогда получается, что ваш предок в действительности был дорожным агентом?

— Ну, вы должны понимать, что в моей семье все, кто занимался грабежом, иногда охотились, тогда и сейчас.

— Да, верно, ваш брат Грассфог время от времени ставил силки.

— Да, а те, кто охотился и ловил рыбу, в тяжелые времена работали на дорогах.

— Ну, мне это кажется замечательно предусмотрительным.

— Вы очень добры.

— Итак, ваш предок, Ингер…

— Ингра.

— Да, Ингра. Итак Ингра заключил некую сделку с посетителем, и в результате получил его кошелек.

— Точно.

— А что было потом?

— Потом этот неудачливый джентльмен, заключивший сделку с мои предком, пошел по направлению к Воротам Смерти, но не успел пройти и мили, как упал на камень мертвым.

— Но от чего он умер?

— О, что касается этого, я не могу сказать. Но я уверена, что не было никакого насилия. Но он просто был очень стар.

— Ну, тогда нет ничего удивительного в том, что старик упал мертвым, идя через горы.

— Да, верно.

— А что было потом?

— Вы должны понимать, мой дорогой Пиро, что Ингра был тонко чувствующей натурой, наделенной живым воображением, и ему сталь жаль того человека, с которым он только что заключил сделку и вместе ел…

— Ел?

— Ингра, обычно, угощал хорошим обедом тех, кого только что ограбил, так что этот Атира был сыт по горло, когда выходил из его коттеджа.

— Очень милый разбойник. Так как я сам занимаюсь тем же ремеслом, я не могу не восхищаться им.

— И опять вы очень добры.

— Итак, вы сказали, что этот старый Атира упал мертвым после дела с вашим предком, Ингрой, причем они только что вместе поели.

— Да, и Ингра почувствовал себя нехорошо. Во первых, он испугался, не отравил ли случайно он своего гостя — а это, как вы знаете, несчастье.