— To dobrze, — закивал Колек.

А скажи, Колек, — Бородулин вспомнил, о чем говорили с Михайленко, его диспозицию, и ему в голову внезапно пришла одна мысль. — если дать тебе ружье, будешь с нами злодеев бить? Поможешь — ружье себе оставишь, и патронов еще дам. Нет — иди с сестрой, ховайся в лес, потом придешь могилы бандитам копать.

Колек некоторое время раздумывал, скреб пятерней затылок, потом спросил:

— Co trzeba zrobić?

— Тебе нужно будет сидеть в доме у входной двери, и если бандит туда ломанется, пристрелить его к ядрене-фене.

— Dobrze, Niech broń.

Получив трофейную помпу, Колек осмотрел дробовик, бормоча под нос «dobrze, dobrze» выщелкал патроны из магазина, проверил каждый, зарядил их обратно. Потом выпрямился, показывая всем видом, что готов к сражению. Бородулин поманил его за собой и пошел в дом. Поляк двинулся следом. Михайленко шел последним, держа правую руку в кармане. Гражинку Колек отослал в лес, накрепко наказав сидеть и не высовываться, пока не закончится стрельба.

Безопасник указал всем их места, и принялся инструктировать:

— Колек, ты пропускаешь человека в дом и стреляешь ему в спину. Понял?

Тот кивнул.

— Второй забежит — и его туда же.

— Dobrze, — подтвердил Колек.

Михайленко повернулся к Бородулину:

— Теперь вы, Андрей Владимирович. Окна мы откроем, чтобы стекла не побить, а занавески пусть развеваются, вас маскируют. Видите вон тот камень? Как первый до него дойдет, так и начинайте стрелять. Цельте по корпусу. Убьете, раните — неважно. Нам главное, чтобы они все здесь, на полянке остались. Видите, что попали — и принимайтесь за следующего. Ваша первая цель — автоматчик, моя — наш беглец, чтобы он с шаром опять в лес не удрал. А потом можете любого, кого хотите. У этого «моссберга» прицельная дальность всего сорок метров, а чтобы на сорока метрах уверенно попадать из пистолета, надо учиться и учиться, так что стрелять будете почти как в тире.

Прошло полчаса. Начал потихоньку подкрадываться вечер, и Бородулин забеспокоился: он хотел засветло вернуться к плите терминала. Время тянулось мучительно медленно, ожидание казалось бесконечным, но все рано или поздно заканчивается. Над ближними деревьями взлетели птицы и с пронзительными криками закружились в вечернем небе. Все тут же разбежались по местам. Бородулин вынул из кармана «беретту», снял с предохранителя и, следуя советам безопасника, положил на пол рядом с собой. Проверил винтовку, положил ствол на подоконник, повозился, устраиваясь поудобнее, и плотно упер приклад в плечо. Еще несколько минут, и на поляне перед домом появились люди. Бандиты шли толпой, весело переговаривались между собой и совершенно не ожидали нападения. В середине группы, сгибаясь под тяжестью мешков, брел очень похожий одеянием на Колека толстячок, очевидно, кто-то с провинившейся фермы. Его периодически подгоняли пинками и очень веселились, когда он, не удержавшись на ногах, валился на землю.

— Вот же угораздило мужика, — пробормотал Бородулин.

Он уже нашел в толпе автоматчика и теперь ждал только, чтобы он дошел до нужного рубежа. Беглец шел позади всех, выделяясь среди прочих одеждой и пришибленным видом. Еще бы — молодой волчонок попал в стаю матерых зверей. Зубки покажет — могут и пообломать.

Наконец, шедший впереди всех бандит дошел до камня. Два выстрела прозвучали одновременно, два человека рухнули на землю.