Агмунд яростно взглянул на седобородого северянина, снова сплюнул и махнул рукой своим приближенным.

Агмунд, Олаф, Хельга и еще восемь северян, что не отходили от вождя ни на шаг, вместе с рыцарями ступили на волну. Она понесла их к флагману и, достигнув корабля, поднялась до его борта. Люди взошли  на палубу.

Держась за рукояти топоров и молотов, северяне, как загнанные звери, озирались по сторонам. Вся палуба была заполнена Хранителями Устоев и солдатами империи. Однако не они привлекали внимание больше всего. Возле главной мачты стояли два трона. На одном из них сидела светловолосая девушка в дорогом голубом платье. Она держала за руку огнеголового мужчину, облаченного в черный камзол и плащ-полусолнце. Его рыжие волосы поднимал золотой обруч, украшенный драгоценными камнями. Но четыре пистолета, висевшие на портупеи, и фламберг не позволяли назвать мужчину щеголем. В целом он мало изменился и любой, кто знал его в Эйкдаме, вполне мог бы узнать в незнакомце специального констебля Руда де Йонга.

-Розамундочка,- уродливо улыбнулся Агмунд. - Вот ты где! А я тебя искал! Что это за цыплёнок возле тебя.

Девушка одарила его презрительным взглядом. В тот же миг послышался лязг обнажаемой стали, и вся палуба вмиг направила на северян клинки. Однако одного жеста Руда хватило, чтобы люди спрятали оружие.

-Выбирай выражения!- грозно произнес глава Хранителей Устоев. - Перед тобой Третий Принц Великой и Могущественной Империи, сын Императора Ульфреда XXXVI и Императрицы Селин XIX, брат Кронпринца Альбрехта и Принца Тайгриса - его высочество Принц Рутгерс.

-Принц... Здесь...- прошептал изумленный Олаф.

Руд кивнул рыцарю, поблагодарив того за представление, и громко произнес:

-Конунг Агмунд, Империя не хочет вмешиваться в ваш конфликт с Лудестией. Мы сохраняем нейтралитет. Но мы не хотим видеть и твои бесчинства. Поэтому предлагаем тебе покинуть воды Эйкдама и вернуться в Норхертрок. Конечно же, никто не будет требовать от тебя вернуть твою законную добычу.

Агмунд скривил рожу и расхохотался:

-Ты что ж, напыщенный индюк, указываешь мне? Конунгу Агмунду?!- имперцы вновь схватились за мечи. На этот раз принц не стал просить своих людей убрать их. Вождь же продолжал: - Пусть твой отец и Император! Но сам-то ты никто! А я Конунг! И когда я уничтожу твой флот, мое имя поразит самих Богов!

-Боги отвернулись от тебя, Агмунд,- тихо произнес Олаф и вождь резко развернулся.

-Что ты сказал, старик? Как ты меня назвал? Я - Конунг Агмунд!

-Боги отвернулись от тебя,- повторил седобородый. - В тот миг, когда прислали сюда имперский флот. Соглашайся на предложение его высочества. И правь нами дальше, Конунг.

-Ты смеешь мне указывать, что делать?! Мои люди не побегут от них, как трусливые псы!

-Тогда твои люди перестанут быть твоими людьми,- процедил он, крепко сжимая рукоять молота. - Ваше высочество,- обратился он к Руду,- позвольте немедленно провести Небесную дуэль. И тогда, как новый конунг, я приму ваше предложение.

Рутгерс молча кивнул. Рыцари расступились, образуя свободное пространство. Не дожидаясь команды, Агмунд ринулся на своего товарища.

-Ах ты вероломная тварь!- кричал он, круша Олафа своими топорами. - Я пожру твое сердце, а из твоей одноглазой дочуры сделаю рабыню!

-Тогда я тем более не могу проиграть!

Седобородый отчаянно защищался, но Агмунд был моложе и гораздо напористей. Он сыпал на противника градом ударов, не останавливаясь ни на миг. Старик пропустил несколько выпадов. На палубу капала кровь. Олаф дрогнул, и могучий восходящий удар выбил из его рук молот. Вождь рванул вперед, решив покончить с боевым товарищем раз и навсегда.

В последний момент седобородый успел схватить конунга за запястье. Удар другим топором... тот же результат. Бой превратился в состязание грубой силы и Жажды.