Глава 17

Ворон склонился над котлом и задумчиво посмотрел на зелье. Профессор Слагхорн сдержал обещание и предоставил ему класс зельеварения и свое время для дополнительных занятий раз в неделю. Еще два дня с валетом продолжал заниматься профессор Флитвик. Для кабинета Основателей Ворон выделил выходные дни, что безумно нервировало Люпина. Лили же просто бесилась из-за того, что друг не проводит с ней достаточное по ее мнению время. Начинающуюся истерику подружки Ворон прервал, развернувшись и уйдя в гостиную своего факультета, оставив Лили стоять посредине коридора. После этого девочка молчала о своем недовольстве и старалась не раздражать друга, который уже не раз демонстрировал, что прекрасно может прожить и без нее. С Люпином было сложнее. Двух дней, проведенных за чтением свитков, показалось ему мало, и теперь он сопел рядом с Вороном, отвлекая того от зелья — самого первого из тех, что сварил валет, и которое показалось ему незаконченным. — Может, спустимся сегодня? — в голосе щенка появились умоляющие нотки, заставившие Ворона поморщиться. — Нет, — просто ответил он, зачерпнул лопаткой немного зелья и поднес его к носу, пытаясь определить, что же его не устраивало. — Ну, Северус… — Я же сказал, нет, — Ворон опустил лопатку обратно в котел. — Если хочешь, иди сам, а мне некогда. — Я спускался, — вдруг заявил Ремус. — Когда ты так категорично отказался, я решил спуститься. — И что в таком случае ты делаешь здесь? — Ворон перевернул очередную страницу справочника, выданного ему профессором Слагхорном для этого самостоятельного задания. Ворон полагал, что декану просто неохота заниматься с первокурсником, но так как его самого это пока вполне устраивало, он не возражал. — Если бы я мог читать на древнегерманском, меня здесь не было бы, — Люпин облокотился на стол и скрестил руки на груди. — Проблема в том, что я не знаю даже современного немецкого. Почему-то почти вся информация об оборотнях предоставлена именно на этом языке. А Роксана без тебя не появляется. Мало того, мне запрещен допуск к другим полкам. Я могу читать только про себе подобных. — Роксана пытается помочь, она сделала это, чтобы ты не отвлекался. — Может, обсудим то, что я уже прочитал? — Позже. Когда я с этим зельем разберусь. — А что ты делаешь? — Люпин подошел поближе и заглянул в котел. — Это же зелье против фурункулов? Ворон рассеянно кивнул. — У меня такое ощущение, что оно какое-то не такое… что оно незавершенное, что ли, — он повертел рукой, пытаясь объяснить, что же его не устраивало. Люпин чихнул и отодвинулся. — У него очень резкий запах, — пожаловался он, вытаскивая из кармана платок и вытирая нос. — Как будто носки несвежие варили. — Носки, — повторил Ворон, затем хлопнул себя по лбу и подтащил упирающегося Люпина к столу, на котором были выставлены ингредиенты. — Что имеет такой запах? Оборотень недовольно фыркнул, но начал принюхиваться. Затем уверенно показал на банку с рогатыми слизнями. — Вот, это они так воняют. Странно, а на уроке я этого не замечал. — Во-первых, на уроке полно других, не менее резких запахов, которые могли и перебить этот. А во-вторых, на прошлом занятии ты так старательно пытался не принюхиваться, что не удивлюсь, если вообще не дышал. Почему они перебивают запах других компонентов в уже готовом зелье? — Понятия не имею. Может, потому что их много? — Много, — Ворон задумался. — Точно! Их много! В рецепте сказано, что необходимо положить шесть рогатых слизней, а если уменьшить количество? Так, нечего прохлаждаться, давай, помогай.