|
— Северус, — Дамблдор принял решение. — Я ни о чем не буду у тебя спрашивать, как бы велико ни было мое любопытство. Однако я предлагаю позаниматься с тобой. — Чем? — Ворон насторожился еще больше. — Магией, разумеется. — Зачем это вам? — У меня есть две причины: во-первых, ты взрослеешь. У тебя начинается пубертатный период, когда гормоны берут верх над разумом. Носителю Хаоса как никому другому нужно уметь контролировать себя в этот непростой период. Вот контролем мы и займемся. — А вторая причина? — Вторая причина более эгоистичная. Ты обещаешь вырасти в мага, который не останется в стороне в этой жизни. Какому учителю не хотелось бы похвастаться окружающим в том, что он учил такого одаренного человека? Чем я хуже Горация, в конце концов? — директор усмехнулся. — Только я никогда и никому не давал индивидуальных уроков, так что нам с тобой придется экспериментировать. — Думаю, мы справимся, — пробормотал Ворон, разглядывая пол. — А пока я хотел бы, чтобы уже завтра вы всей своей бандой пришли сюда, скажем, в семь часов. — Ворон прикинул — завтра был свободный день, если не считать фехтования. — Вы же не оставите идею навестить Ремуса в полнолуние? — Ворон удивленно посмотрел на Дамблдора. — Не удивляйся, я сам бы на вашем месте так поступил. Поэтому нужно позаботиться о вашей безопасности. — И в чем это будет выражаться? — Вы начнете экстренно и очень ускоренно изучать анимагию. Думаю, мне удастся вас натаскать, все-таки я долгое время преподавал именно трансфигурацию. А теперь иди, у меня много дел. Но Ворон уходить не спешил. — Что требуется от меня в обмен на помощь? — Ты не веришь в бескорыстие? — валет покачал головой. — Ты однажды мне все расскажешь, ничего не утаивая. — Расскажу что? — То, о чем я тебя спрошу, — Дамблдор внимательно смотрел на Ворона. Тот думал недолго, просто кивнул. — Пароль на завтра тот же, что и сегодня. Ворон вышел из кабинета и направился в общежитие. Отбой уже прозвучал, и в коридоре жилого комплекса валет наткнулся на дежурного преподавателя. Объяснив, что его задержал директор, Ворон быстро дошел до своей комнаты. — Тебя Филч искал, сказал, что хочет поговорить, — Мальсибер отложил в сторону книгу и потянулся. — Мерлин, как же всё не вовремя, — простонал Ворон. — Он не уточнил, когда? — Нет. Сказал, что ты можешь в любое время его найти. — Это хорошо, — Ворон внезапно ощутил легкую боль, а рука стала мокрой. Валет опустил глаза и увидел, что края раны снова разошлись, и теперь с пальца на пол капает кровь. — Это еще что за хрень? — Ворон зажал палец другой рукой и побежал в ванную.
Глава 32 Рука горела огнем. Рана, оставленная фениксом, кровоточила все сильнее и сильнее. Ворон сунул руку под холодную воду и тупо глядел, как кровь, смешиваясь с водой, стекает в сток. Начало мутить, и вскоре жар распространился по всему телу. Вдобавок ко всему стала сильно кружиться голова. — Ремус, Рейнард, — негромко позвал Ворон своих соседей по комнате. — Помогите. Последнее слово он прошептал и кулем упал на пол. Удерживать глаза открытыми не получалось. — Нельзя спать, нельзя, — пробормотал Ворон, проваливаясь в беспамятство. Сознание возвращалось медленно. Вначале появилась боль в руке, а затем Ворон ощутил, что кто-то точным хлестким ударом отвесил ему пощечину. — Давай же, приходи в себя, — процедил незнакомый мужской голос. Ворон приоткрыл глаза и приподнялся на локтях. — Ну, наконец-то, — рядом с ним на корточках сидел странный рыжий тип. Увидев, что Ворон очнулся, тип поднялся и скрестил руки на груди. — Ты зачем к фениксу полез, придурок? — Это вы меня ударили? — прошептал Ворон. Горло странно саднило, словно он громко кричал до этого. — Я тебе жизнь спас, а ты мне на вопрос не ответил. |
