| — Я тебе жизнь спас, а ты мне на вопрос не ответил. — И зачем же вы спасли мою жизнь? — Ворон проигнорировал изначальный вопрос. — У меня с недавних пор появился воспитанник, и я начал немного по-другому относиться к молодым идиотам вроде тебя, — усмехнулся рыжий. — Что же ты за неудачник-то такой? — Наверное, не нужно было грабить ту гадалку, — попытался пошутить Ворон. Почему-то он совершенно не сомневался, что рыжий прекрасно знает, кто он на самом деле. — Не удивлюсь, если это действительно так, — снова хмыкнул рыжий. — Так зачем ты полез к фениксу? — Не знаю, я не думал, что может что-то подобное произойти, — Ворон с трудом поднялся. Голова сразу же закружилась, и он вынужден был сесть на стульчак унитаза. — Что, кстати, произошло? — Феникс может летать между мирами, — снисходительно ответил рыжий. — В этом и заключается секрет их бессмертия. Умирая в одном мире, он автоматически возрождается в другом, и, если хочет, то возвращается в виде птенца. Эти птицы вне времени и пространства. Они не подчиняются ни законам демиургов, ни даже законам Творца, потому что они и есть время. Альбус Дамблдор ошибочно считает себя хозяином Фоукса. Феникс остается рядом с ним, потому что его это устраивает. — Это не объясняет, что же произошло со мной. — Ты из другого мира, — рыжий покачал головой. — Причем перемещен ты был сюда с нарушением нескольких законов мирозданья. В рану, нанесенную фениксом, попала частица птицы — совершенно ничтожная, но тебе хватило. Эта реальность сразу же ухватилась за шанс избавиться от чужеродного элемента. Попросту говоря, тебя едва не выдворило из этого тела. Ни к чему хорошему это в итоге не привело бы. — Вы кто? — Называй меня Игрок. — Вы один из богов? — Нет, — Игрок покачал головой. — А кто? — Ворон рассматривал гостя, нисколько не сомневаясь, что перед ним стоит высшая сущность. — Игрок, — рыжий улыбнулся. — Определение в имени. — А что с моими соседями? — Ворон понял, что не дождется более внятного ответа от своего собеседника. — Они спят. — Что вы со мной сделали, чтобы спасти? — Ворон попытался сосредоточиться, но из-за головокружения у него это плохо получалось. — Кое-что добавил, кое-что убрал, — рыжий неопределенно махнул рукой. — Теперь уже все равно. Эти придурки так накосячили, что любые изменения уже ни на что не повлияют. — Он не уточнил, кто же эти таинственные «придурки». Хотя Ворону в тот момент было на это наплевать. — А поточнее можно? — жалобно попросил валет. Ему совершенно не хотелось снова начинать копаться в себе. — Можно, почему нельзя, — Игрок задумался. — В общем, произошел обмен. Одна из покровительствующих тебе стихий была заменена на другую. — Какая? — Не знаю, я не разбирался. А вот заменил я ее на время, — Ворон округлил глаза. — Ты не думай, на что-то там влиять ты не сможешь, — восторг Ворона сразу угас. — Возможно, сможешь ненадолго, на несколько секунд, ускорять или замедлять время — и все. Ворон скривился. Заменить полноценную стихию на что-то маловразумительное… но с другой стороны, за то, чтобы жить, он мог пожертвовать гораздо большим. — Ну, все, мне пора, — Игрок потянулся. — Хочешь, дам совет? — Ворон напряженно кивнул. — Когда директор с Алисой пойдут договариваться с василиском, напросись с ними. — Зачем? — Те катакомбы, где живет змей… Они древние, Вороненок, и не всегда были канализацией. В одном из ответвлений современного коллектора раньше, еще в те времена, когда обитатели замка справляли нужду в ночные вазы и в выгребные ямы, располагались лаборатории артефакторов. Поговаривают, некоторые артефакты все еще там, — Игрок подмигнул Ворону и исчез. — Не один из богов, как же, — пробурчал Ворон, беря тряпку, чтобы избавиться от кровяных разводов на полу и в раковине. |
