Изменить размер шрифта - +
Обычно — это молодые, у которых все еще впереди, вся жизнь. Старики … те другие, — они часто слишком устали бороться, а чаще всего, они просто устали от жизни.

Тилли задумчиво кивнула, соглашаясь. А доктор одним большим глотком выпил свой кофе, поставил чашку на стол и сказал:

— Легкие'у Сэйдж практически чистые. Завтра, если все у нее будет хорошо, она сможет встать с постели и полчасика посидеть на стуле.

Он посмотрел на Тилли и улыбнулся:

— Продолжай ее кормить своей волшебной пищей. Она для нее теперь так же целебна, как и все мои микстуры.

Доктор встал и поднял с пола свой саквояж.

— Завтра я еще заскочу, — сказал он и пошел к выходу.

Нахмурившись, Джим открыл было рот, чтобы сказать что то вослед своему старому другу, но тут же закрыл его, потому что в эту самую минуту с черного входа в кухню вошли его двоюродный брат Легкая Нога и Немия. Латур встретил своих индейских родственников обычной приветственной улыбкой и пригласил их сесть.

— Выпейте с нами кофе с булочкой. Джонни покачал головой:

— Мы пришли повидать твою женщину. А потом поедем к себе в поселок. Пришло время начинать посев.

— Эй эй, минуточку, подожди-ка, Джонни! — протестующе воскликнул Джим. — Откуда это у тебя появилась идея, что Сэйдж Ларкин — моя женщина?

— Она стала твоей с той минуты, как ты стал о ней заботиться. Она живет потому, что ты спас ее. Теперь она твоя.

Джим откинул голову и несколько принужденно расхохотался:

— Ты сегодня, должно быть, наложил себе в трубку дурманящих листьев, милый кузен. Может, у индейцев и есть такой обычай, а попробуй ка сказать об этом той леди, что лежит в соседней комнате.

Он встал из за стола и знаком пригласил Джонни и Немию следовать за ним.

— Пошли, поздороваетесь с нею. Она горела желанием повидать вас обоих.

 

Она почувствовала на себе твердый и стойкий, исполненный внутренней силы взгляд Джонни и протянула ему свою тонкую, бледную руку. Ей припомнилось, как Джим предупреждал ее о том, чтобы не было слишком безудержных похвал и неумеренных благодарностей, поэтому она, улыбаясь, просто сказала:

— Надеюсь, что когда-нибудь я сумею отплатить вам за вашу помощь и заботу обо мне и моем племяннике.

Легкая Нога бережно пожал протянутую руку, а потом подтолкнул вперед Немию, стоявшую рядом с ним, чуть позади.

— Это моя женщина, Немия.

Сэйдж подала свою руку и ей, глядя в бархатные карие глаза женщины. В отличие от своего высокого, широкоплечего мужа, Немия казалась удивительно хрупкой и маленькой. Особую неповторимую прелесть ей придавали длинные черные волосы и гладкая смуглая кожа. И так же, как и мужа, ее отличала спокойная неторопливость движений и благородная, величавая осанка.

— Дэнни мне много рассказывал о тебе, Немия, — улыбнулась Сэйдж засмущавшейся от такого внимания молоденькой женщине. — Он мне рассказывал, что ты ловишь рыбу лучше него и даже лучше твоего мужа и к тому же умеешь рассказывать удивительные истории.

Не привыкшая к лести и похвалам, Немия опустила глаза и сказала:

— В моих историях нет ничего особенного. Они просто о людях моего племени.

Джим, прислонившись к дверному косяку, не вмешивался в их разговор. Ему просто было очень интересно посмотреть, как будет общаться с его родственниками Сэйдж, и сейчас он был искренне доволен тем, как она говорила с Немией и Джонни. В ее манерах не было никакой жеманности или кокетства, не было и высокомерия, столь естественного для белой леди при разговоре с индейцами. Однако, Латур заметил, что его двоюродный брат разговаривает с Сэйдж совсем не так, как с другими женщинами. Видимо, Джон ни заметил в этой красивой случайной знакомой что то такое, что ему в ней понравилось и даже вызвало его уважение.

Быстрый переход