Мудрые святые отцы предусмотрели абсолютно все. В случае успеха Баксути отводилась роль послушной марионетки в их руках. Если же их питомцу вдруг вздумалось бы показывать строптивый норов, он бы в одночасье скончался от скоротечной лихорадки, вызванной в высшей степени деликатным ядом, привезенным из Нубии. На тот случай если заговор против Сети был бы раскрыт, во всех смертных грехах был бы обвинен Баксути, а вся остальная жреческая братия была бы не причем. Конечно же пришлось бы пожертвовать определенным количеством низших жрецов, для того чтобы утолить праведный гнев фараона. Но это мало кого волновало и уж тем более не могло остановить их.

— С чем пожаловал, мой отец? — вежливо приветствовал Баксути старика.

— Мой, повелитель, — начал тот. — Мудрость Амона сегодня затмила горизонт и он поверг к моим стопам, того кто может принести большую пользу в нашем святом деле.

— Говори же! — горя нетерпением воскликнул Баксути.

— Сегодня, я волею Амона, спас от неминуемой смерти Некра.

— Это имя ничего мне не говорит, — нетерпеливо перебил старика верховный жрец. — Поясни свою мысль.

— Некра личный враг Сети, которого он числит за первым номером, — немного поразмыслив, старик добавил, — Точно так же, как и для Некра Сети является злейшим врагом. Если вложить ему в руки кинжал и направить его, словно стрелу на ненавистного нам фараона, он поразит его в самое сердце. Надо лишь будет спустить стрелу в нужное время и в нужном месте.

— Твои слова ласкают мой слух, отец, — криво ухмыльнулся Карл. — Я хочу посмотреть на этого человека, причем, сегодня же!

И такая встреча состоялась. Поздно ночью в отведенную для Некра келью, явился сам Баксути в сопровождении лишь одного храмового стражника. Оставив телохранителя за дверью, Баксути сел на имевшуюся в келье лавку. Некра, которого заранее предупредили о визите верховного жреца, сделал неловкую попытку подняться с лежака. Лицо его тут же перекосила гримаса боли, сломанные ребра давали о себе знать.

— Не нужно вставать, — милостиво разрешил Баксути. — Ты знаешь, кто я?

Некра кивнул головой, которая словно у мумии была забинтована полосами чистой льняной ткани.

— Я пришел к тебе, потому что мне нужна твоя помощь, а тебе моя, — продолжил Баксути, пристально следя за реакцией Некра. — Я наслышан о том, как ты сумел уйти из-под самого носа Сети из его каменного мешка. Ответь мне как ты смог осуществить столь дерзкий побег? Но предупреждаю тебя, будь правдив, если ты не доверяешь мне, то я в свою очередь на смогу доверять тебе. Так что это было?

— Скарабей, — после долгой паузы ответил Некра.

— Я так и предполагал, — усмехнулся Баксути. — Теперь перейдем к самому главному. Я не ошибусь если предположу, что нет для тебя человека более ненавистного чем фараон Сети Второй?

— И это еще слишком мягко сказано, я вырву ему печень, и сожру ее у него на глазах, хохоча при этом! — вскричал Некра пытаясь вскочить со своего ложа.

Сабутис жестом остановил его:

— Тогда тебе, наверное, будет любопытно узнать, что окровавленной печенью тебе придется поделиться со мной. У меня тоже есть определенные претензии к этому недоумку.

— Не думал, что верховный жрец Амона настолько кровожаден, — удивленно пробормотал Некра и тут же прикусил язык, испугавшись, что сболтнул лишнего.