Колесников вышел в коридор, дверь за ним задвинулась. Покинув лабораторный корпус, обозначенный на плане объекта "Террариум" под номером 2, профессор зашагал к номеру 1 - компьютерному центру, обеспечивавшему, кроме хранения и обработки информации, также функции координации и связи.

Объект "Террариум", наследник медсанчасти № 12А, был выделен в самостоятельное подразделение Аналитического центра национальной безопасности, который в свою очередь формально включался в зону ответственности Главного разведывательного управления Генерального штаба РФ. На официальном уровне предполгалось, что здесь ведутся работы по созданию эффективных методов защиты от современных средств химического и бактериологического поражения - например, воздушно-капельных ядов, которые могут быть применены террористами. Кое-какие исследования в этом направлении здесь действительно проводились - для отвода глаз. Но истинное назначение "Террариума" состояло в ином...

Из первого корпуса Колесников вызвал Курбатова по прямой кабельной линии, соединяющей "Террариум" с московским кабинетом генерала. Ответил сам Курбатов, он же доктор Ковальский.

- Я сообщил ей, - сказал Колесников.

- И как она?..

- А как приговоренный к пожизненному заключению отреагирует на известие о скором освобождении? Алексей Дмитриевич, мысль о том, что её придется уничтожить, приводит меня в отчаяние.

В голосе генерала зазвенел металл.

- Цикл подходит к концу, Петр Иванович. Мы добились успеха, и лабораторный комплекс понадобится нам для других целей. Она была моделью для отработки методик, и всё. Первый этап проекта фактически завершен. Или прикажешь отгрохать для твоей любимицы бункер где-нибудь в Сибири и самолетом доставлять ей салями?

- Она математический гений, - не сдавался профессор. - Мы могли бы использовать её в группе расчетов.

- По проекту "Коршун"? - усмехнулся генерал.

- Нет, но...

- Или у тебя имеются другие проекты? Поделись, пожалуйста... Петр Иванович, она слишком умна, чересчур умна. Пока она только задает вопросы, но что будет, когда она начнет отвечать на них? Она опасна. Сроки ликвидации не изменены, профессор.

Связь прервалась. Колесников медленно протянул руку и перевел тумблер в нейтральное положение.

2

Принесенная профессором Колесниковым благая весть не повлияла на планы и намерения Тани. Напротив, девушка поняла, что нужно действовать безотлагательно, если она хочет что-то узнать. Ведь её, возможно, переведут в другое место, где будет трудно (или невозможно) разгадать секреты профессора. Да и сияющие горизонты долгожданной свободы вскоре затянулись тучами недоверия. Даже если ОНИ (так девушка называла тех, кто стоял за профессором) в самом деле хотят ей помочь, так ли хорош новый препарат? А вдруг и вовсе ОНИ лгут и это лишь очередной ЭКСПЕРИМЕНТ?

Вечером того же дня, в свой десятый день рождения, Таня сделала первый шаг. Распечатав кассету с фильмом (подарок профессора), она подошла к видеомагнитофону с лезвием из точилки для карандашей, зажатым в пальцах левой руки, - Таня любила рисовать, и у неё были все принадлежности. Она наклонилась над магнитофоном, прикрыв его спиной от вездесущих телекамер. Затем резким движением она полоснула лезвием по изоляции сетевого шнура там, где он уходил в корпус аппарата. Веером рассыпались искры короткого замыкания. Таня отпрянула, сокрушенно покачала головой, потом взяла магнитофон под мышку и направилась в электротехническую мастерскую, где надеялась застать Гриднева. И точно: инженер сидел за столом и паял под микроскопом какие-то схемы.

- Дядя Леша, - позвала Таня.

Гриднев оторвался от окуляров, заулыбался.

- Что, Танечка? - инженер, не посвященный в тайны проекта "Коршун", относился к девушке по-отечески, хотя толком и не знал, кто она такая.