— Как вам здесь жилось? Представляю себе, как вам не хватало жены, когда вы сюда приехали. Не так просто быть соломенным вдовцом.

— Все хорошо, благодарю вас, — произнес Ричард. — Действительно, теперь, когда Рейчел здесь, у меня все устроилось. Ей нравится Вашингтон, все к ней исключительно внимательны. Особенно ваша супруга. Рейчел боготворит ее.

— Рейчел пришлась ей по душе, — сказал Фергус. Разговор принял правильное направление, можно было подумать, будто Патерсон знал, к чему клонит посланник, и давал возможность развить эту тему.

— Мне и самому раза два пришлось так жить, когда Маргарет не могла приехать ко мне. Помню, я чувствовал себя страшно одиноко, особенно по вечерам. Наверное, и у вас было такое же состояние.

Патерсон понял, куда ведет Стефенсон. Докурив сигарету, он тщательно загасил ее в пепельнице, стоявшей на углу стола.

— Да, — сказал он.

Если он неправильно поведет себя сейчас, у Стефенсона может сложиться очень неблагоприятное впечатление. А это скажется на следующем его назначении. Он принял мгновенное решение, исходя из того, что знал сидящего перед ним человека. Хуже всего солгать. Он взглянул на Стефенсона.

— Я сходил с ума от одиночества, — резко произнес он. — К тому же, честно говоря, в то время между нами с Рейчел не было ясности. Ей не хотелось оставлять Англию, а для меня эта командировка имела большое значение, и я не мог отказаться. Кончилось тем, что я, кажется, наделал глупостей. Вы это хотите обсудить со мной, сэр?

— Я вообще не хочу обсуждать этого, — бросил Фергус. — Меньше всего мне хотелось бы копаться в ваших личных делах, Ричард. Я всегда считал, что такого права нет ни у кого. К несчастью, не я это решаю. Вы очень сблизились с девушкой из Нью-Йорка, если я правильно информирован?

— Да, — признался Патерсон. — Это так. Я летал туда каждую неделю и регулярно встречался с ней. Могу я спросить, как вы об этом узнали?

— Боюсь, что нет. — Фергус покачал головой.

— Возможно, я догадываюсь. — Патерсон вынул портсигар, и по комнате поплыл запах турецких сигарет. — Проводила проверку служба безопасности. Наверное, я должен был бы это предположить.

— Мне это так же неприятно, как и вам, — сказал Фергус. — Неприятно даже думать о том, что нужно шпионить за собственными сотрудниками, подслушивать, подсматривать в замочную скважину. Я вам, Ричард, хочу сказать вот что. Первое: с точки зрения посольства, нежелателен никакой скандал. Я слышал, что ваша жена ждет ребенка, а посол в таких случаях очень строг. Но гораздо важнее другое: ваша девушка стала считаться ненадежной с точки зрения безопасности. Вам следует прекратить с ней всякую связь — и немедленно.

Патерсон был одновременно потрясен и изумлен. Его красивое, с правильными чертами лицо постепенно багровело, рот приоткрылся.

— Ненадежной? Но, сэр, это просто невозможно! Я не верю!

— Верите вы или не верите, это к делу не относится. Я тоже не верю и половине того, что мне докладывает служба безопасности, но должен принимать их слова к сведению и действовать соответственно.