Тогда она спросила, пытаясь пригладить его кое-как обрезанные волосы: "Отчего ты не заговорил со мной раньше?" Он усмехнулся в ответ — неловко, как и говорил, — и ответил, медленно подбирая слова: "А я не знал… что умею…" А потом добавил: "Ты одна меня пожалела…"

Где он теперь, что с ним? Ильгина старая нянька была известной сплетницей, она знала сотни слухов, но ни разу Ильга не услышала ни слова об объявившемся где-нибудь неподалеку драконе. Значило ли это, что его уже нет в живых?

Но время шло, и Ильге начало казаться, что и не было ничего. Был только сон, всего лишь сон, и никогда на княжну не глядели яркие золотисто-желтые глаза, и не было того короткого и нескладного разговора…

…Свадьбу Ильги играли не через год и не через два, а почти через пять после помолвки. Увы, времена настали неспокойные, и будущий муж её вынужден был встать во главе своей армии… Но вот закончилась довольно короткая, но бурная война, и Ильга вновь покинула отчий дом — на этот раз, верно, навсегда.

Празднества устраивали на родине её жениха — так уж было заведено. Будь этот самый жених хоть немного помоложе или хотя бы чуть получше собой, Ильга, возможно, и сама бы порадовалась великолепным увеселениям, устроенным в её честь. Но будущий муж её был мало того что немолод и не особенно хорош собой, так ещё обладал малоприятным, грубоватым нравом. Всё ему было не так в юной невесте: то она смеялась слишком редко, то чересчур часто, то была грустна, но неприлично весела, то вертелась по сторонам, а то сидела, словно аршин проглотила… За то время, что Ильга с женихом провели в карете, медленно двигающейся в свадебной процессии, она успела сто раз возненавидеть этого человека.

На неё глазели из толпы: за прошедшие годы из нескладной девочки-подростка Ильга превратилась в красивую девушку, а дорогой наряд делал её похожей на сказочную принцессу. Ильга не привыкла, чтобы на неё показывали пальцами, но ей пришлось смириться и раскланиваться во все стороны, жизнерадостно улыбаясь.

И не давало ей покоя какое-то странное чувство. Поразмыслив, Ильга поняла, что кто-то очень пристально смотрит на неё из толпы. Но кто?.. Какой-нибудь безнадежно влюбленный поклонник — а ими Ильга уже успела обзавестись? Или кто-то, замышляющий недоброе?.. Ильга совсем было собралась поведать о своих подозрениях жениху, как вдруг перехватила-таки мучающий её взгляд.

Смотрел, как выяснилось, какой-то вовсе ничем не примечательный человек, одетый, как обедневший дворянин, в темной одежде и низко надвинутой на глаза шляпе. Ильга совсем было собралась отвернуться, но тут человек поднял голову и взглянул на княжну в упор…

На секунду Ильга перестала дышать — не могло ей померещиться, не может быть на свете второй такой пары глаз: солнечно-желтых, с яркими золотыми искрами! Она почти не помнила лица, но глаза!..

— Ведите себя прилично, княжна, — мрачно буркнул будущий муж, заметив, что Ильга несолидно вертит головой, пытаясь вновь отыскать в толпе знакомые глаза.

— Простите, — пробормотала она, смиренно опуская голову. Привиделось или всё же?..

А если правда? Что тогда?.. Ильге припомнились вдруг её собственные слова: "Вот было бы здорово, если бы ты меня похитил в день свадьбы… И унес далеко-далеко, а потом меня бы отыскал и освободил какой-нибудь храбрый рыцарь…" Да нет, не бывает чудес на свете… И человек в толпе — вовсе не тот, за кого Ильга его приняла.