— И ничего не скрываю. Просто они неинтересные. Нудные и недалекие. Тоже мне интерес!

— Да? А по-моему, Хорхе очень приятный парень. Мы с ним полвечера проболтали. Ну да, он не такой, как твои и мои друзья. Он из другого мира, о котором мы понятия не имеем. Разве это не интересно? Парень боролся, чтобы чего-то добиться в этой жизни. Это только нашему брату жареные воробьи прямо в рот падают, как выражается наш король. Не так?

— Может, и так. Королек, он, конечно, того, отжигает.

ЮВе задумался о себе. Много ли Софи о нем понимает? Продолжил:

— А то мне Ниппе доложил, что видел тебя с каким-то люмпеном в «Стурехофе». Что, тебе обязательно было тащить Хорхе на Стуреплан?

— Ну ты зануда. Стесняешься своих друзей, что ли? Ты будь собой. Хорхе мировой парень, по-моему. Крутой, да. Рассказал мне про свое детство. Блин, реальное гетто: в классе у них было всего четыре шведа. Да взять меня, я сама не знаю ни одного человека, у кого родители не из Европы. Не Стокгольм, а Йоханнесбург какой-то.

Слова Софи задели за живое. Да что она про него знает?! ЮВе хотел привычно соскочить с темы. Что-что, а это он умел. Но тут растерялся.

Так они и сидели молча.

А в тарелке таяло мороженое.

Мрадо, конечно, надо озадачиться личной безопасностью, чтобы никакой Радован не достал. Но прежде всего — понадежней укрыть Ловису. Правда, о полной безопасности можно только мечтать. Вычислить человека в Стокгольме сложно, но можно. Мрадо ведь сам всего за пару дней выщемил чилийского беглеца.

Лучшая гарантия безопасности Мрадо: нарыл столько компромата, что хватит закрыть барона на Кумле на добрую сотню лет. Список подвигов барона включал: подстрекательство к убийству, побои, ограбление. Сутенерство, налоговые махинации, нелегальный оборот оружия, отмывание денег. Мрадо мог бы легко сдать Радо, если б не одно «но»: у самого рыльце в пушку. Если Радо мотать сотку, то ему — какой-то полтинник.

Кроме того, руки обоих были связаны понятиями. Неписаный кодекс чести гласил: решай свои проблемы сам.

Мрадо с Ненадом только подкладывали бомбу. Рванут ее через пару месяцев. В свое время растолкуют Радовану, что рано тот записал их в терпилы. Что уходят на свои хлеба. Мрадо даже заготовил по такому случаю спич: «Твое место на свалке, старый хрен. Нам с тобой не по пути». А покуда не отсвечивали. Чтоб не наломать дров.

Мрадо перетер с Ратко и Боббаном. Свои в доску. Столько лет верно служили Мрадо. Оба сказали, что пойдут за ним. Еще пацаны из «прачечных». Несколько товарищей из качалки. Остальные — темные лошадки. Есть и шестерки, которые только рады вылизывать яйца сербскому барону, эти останутся с Радованом.

Обыкновенно, когда возникают такие терки, несогласные уходят в другие бригады. «Волк» может переметнуться к «Бандидос», «прирожденный гангстер» — к «Ебанутым по жизни».

Но в данном случае Мрадо и Ненад сами с усами. Им хватит собственных замазок и структур. Без Мрадо все договоренности насчет раздела рынков рухнут. А тогда жди таких замесов — никому мало не покажется. Радован ослабит хватку. Вот тогда-то Мрадо с Ненадом и замутят собственное дело.

Мрадо целый день сиднем просидел дома — звонил по телефону, готовился. Номер сменил только что — авось никто не прослушивает.

Успел просмотреть несколько съемных хат. Наклевывались и другие варианты. Лучшее на данный момент: трешка на Сканстулль, шестьдесят восемь метров.