Выражение лица ее было непроницаемым. Раньше для Алекса не составляло труда догадаться, о чем думает та или иная из его женщин. Впрочем, надо сказать, их мысли его мало занимали. А вот теперь он рад был бы прочитать мысли Кит, да не мог.

— Ничего другого я тебе предложить не могу… — Он замялся. — У меня назначено очередное совещание.

— Черт побери, Алекс! А я-то считала тебя великосветским повесой.

— По твоему тону чувствуется, что ты разочарована, — хмыкнул Алекс, облокотившись о стену.

Кит аккуратно промокнула салфеткой губы. Наверняка думает, как бы получше его обмануть, решил Алекс и приготовился выслушать очередную ложь.

Но вместо этого Кит взглянула на него и спросила:

— А эти встречи очень важные? Их никак нельзя пропустить?

— Нет, — покачал головой Алекс. — Сейчас, когда существует малейшая угроза, что Бонапарт сбежит с Эльбы, крайне важно провести совещания по этому поводу.

— А мне кажется, крайне важно привести в боевую готовность армию, — заметила Кит, тоже вставая.

Удивительно слышать такие слова от сторонницы Бонапарта.

— Ты хочешь, чтобы я возглавил армейский поход во Францию? — спросил Алекс, внимательно следя за выражением ее лица.

— Нет, — поспешно ответила Кит, — не хочу. — И она направилась к выходу из столовой.

— Почему? — прошептал Алекс и, видя, что Кит проходит мимо, оттолкнулся от стены.

Кит остановилась, и щеки ее покрылись нежным румянцем.

— Потому что это может сделать Веллингтон, — заметила она, отворачиваясь.

Алекс взял ее за руку и повернул к себе лицом.

— А что прикажешь делать мне? — тихо спросил он. Зеленые глаза Кит смотрели прямо на него, и рука его дрогнула. Как же ему хотелось обнять Кит, притянуть к себе!

Кит улыбнулась, однако глаза ее оставались серьезными.

— Можешь продолжать проводить свои совещания. — И притворно вздохнула: — Не представляю, как это жены пэров сидят весь день дома, пока их мужья посещают всякие совещания. Я бы с ума сошла.

Алекс хмыкнул.

— Думаю, большинство жен не сидят по домам, а в отместку своим мужьям идут на Бонд-стрит и начинают сорить их деньгами.

— Что ж, у меня только пятнадцать соверенов, так что сорить особенно нечем. Остается скучать.

Пятнадцать соверенов и нищая жизнь в Сен-Марселе. Невесело улыбаясь, Алекс сделал знак Кит следовать за ним в кабинет. Подойдя к столу, он вытащил из ящика лист пергамента, что-то быстро написал на нем и протянул ей.

— Вот, возьми.

Кит взглянула на то, что он написал, и глаза ее широко раскрылись.

— Ты разрешаешь мне пользоваться твоим кредитом?

Алекс кивнул и улыбнулся, хотя в голове мелькнула мысль о том, не посадят ли его после походов Кит по магазинам в долговую яму.

— Купи себе все, что тебе хотелось бы увезти с собой в Париж.

— Но… — пробормотала Кит, снова взглянув на него. — Но я могу тебя разорить.

— Вполне возможно, дорогая, — ласково сказал Алекс, коснувшись ладонью ее щеки. — Придется тебе довериться.

А хождение по магазинам отвлечет ее от дел, ради которых она приехала в Лондон. Какой-то полководец однажды написал, что отвлечение внимания может быть таким же грозным оружием, как и прямая атака, и в то же время менее болезненным.

Кит долго смотрела на него.

— Спасибо, Алекс, — поблагодарила она и сунула бумажку во внутренний карман сюртука.

— Я бы не советовал тебе покупать поместья, большие кареты и домашний скот, — полушутя-полусерьезно заметил Алекс, погрозив ей пальцем.