За одним из обедов, на котором стая дракончиков, с аппетитом доев своё, умилённо следила, как люди едят, и завидовала Малышу и Авису, которые привычно сидели на плечах девушки, Эрик раздражённо сказал:

— Я не хочу вмешиваться в личные дела, но ведь ничего страшного не произойдёт! Есть вирты! Вы всегда будете на связи! Рольф не сможет говорить — будешь говорить ты!

— Эрик, не лезь, — хмуро сказал Дэниел.

— Я не лезу, а объясняю! — рявкнул Эрик. — Сколько можно сидеть с похоронным видом! Как будто расстаёмся навсегда! Мы будем часто встречаться!

— Эрик!

— А ты заткнись! Мне ещё со старым Логаном объясняться! Вот где шторму будет!

— Успокойтесь, — проворчала Кети. — Вы мне есть мешаете. И так тошнит в последнее время, а ещё вы тут со своими дрязгами…

Мужчины растерянно переглянулись. И замолчали, уставившись на неё.

— Что? — вяло удивилась она.

— Я вызову на Сангри Луис, — подавленно сказал Дэниел, у которого аппетит совсем пропал. — Пусть мать тоже со всем этим разбирается. Не одному же мне…

Кети в душе обрадовалась. Ну вот! Благодаря Рольфу, она ещё и маму увидит быстрей, чем ожидалось. Мамин график гастролей ей хорошо известен. Так бы Кети её и ещё с полтора месяца не увидела, а тут!.. И девушка засияла!

22

Загребая ногами воду, которая поднималась уже к бёдрам, и продолжая выстукивать ритм, который становился более уверенным, Рольф медленно пошёл к чудовищу. Когда глаза твари сфокусировались на нём, а сам человек отразился в них отчётливо по пояс, шаман остановился. Вода успокоилась, а огонь затрепетал по стенам, будто не решаясь подобраться снова к чудовищу. Псины прекратили бросаться на чудовище и ушли в сторону. Мельком оглянувшись, Рольф заметил, что они встали в дверном проёме, на границе воды и пустого пространства за пределами помещения.

Эта тварь была несколько иной — и отличалась от предыдущей не только размерами. Морда той, что явилась в магическую лавку, была круглой. У этой напоминала плоскую и вытянутую голову чудовищной анаконды, чьи квадратные челюсти не оставляли никаких надеж, поблёскивая треугольными зубами-кинжалами.

Шаман, отыграв пару тактов, привлёкших к нему внимание твари, медленно опустил руку в воду, а потом поднял её и слегка стряхнул капли с пальцев на кожу бубна. Чудовище внимательно следило за действиями человека, забыв о том, что желало выдраться из тёмных подпространств планеты.

Рольф застыл, не опуская взгляда с светившихся мрачным, полупризрачно жёлтым светом глазищ твари. Руку, с растопыренными пальцами, держал приподнятой и ощущал, как вода высыхает на пальцах. Едва только кожа высохла, он, не глядя, протянул руку к стене, которая оказалась слишком далеко от него. Но легчайший оранжевый лепесток пламени мягко скользнул со стены и, словно невесомый сухой лист, упал на подставленную ладонь, а с неё на подставленный же бубен, впитавшись в его обруч.

Пришла пора использовать все обереги, которые он соорудил наспех из всего, что добыли парни Колдея, и из тряпок на кистях. Снова повесив бубен на шею, шаман освободился от рубахи, мокрой и мешающей — надоедливо напоминая о себе. Драные лоскуты на шее и на руках шамана внимания твари не привлекли, но её глаза чуть опустились, уставившись на пояс странного человечка.