— Постараюсь, — шепнула ему девушка, а потом вспомнила слова бабушка и добавила: — Когда я выйду, задержи дыхание на столько, насколько сможешь.

— Опять предсказание? — насторожился мужчина.

— Не мое, но все же не стоит его игнорировать.

— Ох, Яра! — Элвэ тяжело выдохнул и привлек девушку к себе. Обнял так крепко, что у нее захрустели косточки. — Будь осторожна! И пусть все боги космоса нам помогут.

Твердые, сухие губы нежно коснулись щеки шаманки, и объятья ослабли, выпуская ее из сладкого плена. Она еще раз взглянула в родные бирюзовые глаза и тихо-тихо произнесла:

— Все будет хорошо, потому что плохо уже было много раз.

Саяра поднималась по ступеням Дворца «проклятых» вслед за Пелагеей Джоновной. Рядом шла невозмутимая Аля. Назад шаманка не оборачивалась. Только впереди ее цель. Цель, ради которой девушка и прибыла на Эленмар, благодаря которой нашла свою любовь, и теперь должна отплатить мирозданью тем, что в ее силах. Огромные двери распахнулись и закрылись за ее спиной, отрезая от Аргола и охраны во главе с его братом тангиром Элвэ.

Глава 26

Именно такими Саяра и представляла себе широкие переходы дворца, высокие узкие и частые окна со вставленными мозаичными витражами. Солнечный свет, проникая сквозь них, оседал прекрасными узорами на натертых до блеска полах. Это место было бы поистине прекрасным, если бы не его трагическое предназначение. Но шаманка здесь для того и находилась, чтобы исправить это.

Коридор привел их в большой зал со знакомыми из видения дверями. Девушка знала, какие чудища родят там — совсем неопасные для женщин, но смертельные для любого мужчины. В душе она очень уважала их выбор. Саяра тоже предпочла бы свободу, пусть и в облике страшилища.

У самых дверей их ждала прекрасная эленмарка. Судя по морщинкам, собравшимся вокруг глаз незнакомки, дама пребыла уже в почтительном возрасте. Серые глаза лучились мудростью, которую можно приобрести лишь с жизненным опытом. На столе рядом с эленмаркой разместилась какая-то хитрая аппаратура, мигали огоньки, а на голографическом экране то и дело вспыхивали какие-то маячки.

— Знакомься, Саяра, это фаэра Анабель Туоли. В Звездной Академии она возглавляет лабораторию исследования мозга и сейчас является директором одного очень любопытного и полезного для нас проекта, — представила ей незнакомку Пелагея Джоновна.

— Очень приятно, — ответила девушка, и эленмарка тепло ей улыбнулась.

— И я рада нашей встречи, фаэра Дьяконова.

— Зовите меня просто Саяра, — попросила шаманка.

— Ну, тогда уж и вы называете меня Анабель. Так будет всем проще.

Девушка согласно кивнула и вопросительно посмотрела на Пелагею Джоновну. Вряд ли фаэра Туоли была посторонней. Наверняка и ее как-то задействовали в эксперименте.

— Дело в том, — поспешила объясниться сама Анабель прежде, чем жена легара раскрыла рот, — что моя экспериментальная группа разработала прибор, который может преобразовать мысли в изображение. Проще говоря, мы попробуем увидеть картинки, вспыхивающие у вас в мозгу во время видений. Для этого вам, Саяра, нужно лишь надеть вот этот обруч.

Женщина потянулась к столу и взяла тонкий обруч, выполненный из странного материала, очень похожего на металл. По крайней мере блестел он именно так, но в несколько раз сильнее, словно что-то его подсвечивало изнутри. Шаманка невольно залюбовалась.

— Это живые кристаллы, способные считывать информацию импульсов, являющихся следствием нейронных связей, — пояснила Анабель.

— Мы хотим, чтобы ты одела этот обруч, когда войдешь к «проклятым», Саяра.